Пятница, 04 12 2020
Войти Регистрация

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me

Create an account

Fields marked with an asterisk (*) are required.
Name *
Username *
Password *
Verify password *
Email *
Verify email *
Captcha *

Витаутас Жеймантас: «Эти встречи с Беларусью глубоко засели в сердце»

Витаутас Жеймантас – известный литовский журналист, писатель. Возглавлял редакцию вечерней городской газеты в Вильнюсе. Написал несколько книг для юного читателя. Переводит на литовский язык белорусскую литературу. Кстати, литовский литератор является членом Союза писателей Беларуси. А совсем недавно в Вильнюсе увидела свет его книга об известных белорусах, кто был связан с Вильнюсом, Вильней в первой половине XX века. С Витаутасом Жеймантасом и беседует наш корреспондент.

Медаль «Журналист Витаутас Жеймантас», медь. Художник Стасис Макарайтис. 2008 г.

– Ваша книга «Родным духовным словом» – итог многолетней работы по поиску адресов белорусской культуры, белорусской литературы в Вильнюсе, Литве. Как, с чего все начиналось?

– C чего начиналось? Может быть, со слона, которого я, шестиклассник, первый раз живьем увидел в… Гродненском зоологическом саду? Или с брусчатки улиц старого Гродно, и почему-то до сих пор, еще с детской памяти, застрявшей мысли, что она была очень похожа на брусчатку улиц моего родного Вильнюса?

А еще, может быть, с молодой девушки, сосредоточенно и беззвучно дувшей в свирель, из которой появлялось что-то круглое, прозрачно блестящее, ловящее и ярко отражающие даже мелкие блики света, создающее в небольшой  Березовке, стекольном заводе «Нёман» что-то удивительное, неземное, заставившего меня написать эссе «Солнце в капле стекла?»

Обложка книги  «Родным духовным словом». Художник Альбертас Вайдила

– Вы были в Березовке, на Лидчине..? Это – один из моих любимых уголков в Беларуси!.. Лидчина, Новогрудчина, Мир, Кореличский край…

– И я страстно люблю древний Гродненский край!.. А еще, может быть, начало идет от удивления в Жодино, когда я, дрожащими от волнения руками, карабкался вместе с  журналистом, а позже и писателем Анатолем Мясниковым в кабину великана «БелАЗ», от поисков «БелАЗов» в Литве  и радости их находки?..

Так воспоминания школьных экскурсий дополнялись журналистскими командировками. Я тогда работал в литовской республиканской газете «Тиеса» («Правда»). Газета очень дружила с белорусской газетой «Звязда». Я теперь упомянул только два адреса, куда нас приглашали «звяздовцы». За десять лет, которые проработал в «Тиесе», я, совместно с коллегами из «Звязды», исколесил многие города и села Беларуси. Научился не только с коллегами петь «Косил Ясь конюшину…», но и с каждой поездки привозил много интересных впечатлений. Писал о нефтяниках Новополоцка, кожевниках Витебска, изготовителях холодильников «Минск», пивоварах Лиды. Писал и о беловежских зубрах, потомки которых теперь воскресили ранее уничтоженную популяцию литовских зубров, о старинном городе Гродно, достопримечательностях озера Нарочь, и многое другое.

Эти встречи с Беларусью глубоко засели в сердце. И скоро дали себя знать. Я стал все глубже изучать и белорусско-литовские литературные связи. А они, к удивлению, глубокие, обширные и очень плодовитые. Ведь цвет белорусской классики – Янка Купала, Якуб Колас, Максим Танк  – в молодости были тесно связанные с Литвой. Многие другие белорусские писатели, просветители – Максим Гарецкий, Алаиза Пашкевич (Цётка), Янка Былина, Казимир Сваяк, Андрей Зязюля, Михась Машара, Змитрок Бядуля, другие – тоже связаны с Вильнюсом. Это благодатная тема, полная литературных находок. В литовской прессе я уже опубликовал  несколько десятков статей о белорусских творцах, живших и творивших в Литве. Эти публикации и легли в основу книги «Родным духовным словом». Но конца этой теме я еще не вижу.

– Героями ваших очерков выступают в основном те деятели белорусского и отчасти литовского просвещения, которые жили в Вильнюсе в первые три-четыре десятилетия XX века. А чем это время вообще было примечательным в белорусской жизни Вильнюса в те десятилетия?

 – Я думаю, что в ту пору самое примечательное в белорусской, как, впрочем,  и в литовской жизни, было активное национальное возрождение. Поэтому и предисловие к книге я назвал «Литовцы и белорусы – люди общей судьбы».

Когда царское самодержавие разрешило национальную печать, в Вильнюсе 1906 году вышла «Наша доля», первая легальная газета на белорусском языке. Газета была настолько популярная, что разовый тираж 1-го номера составил 10 тысяч экземпляров. К сожалению, царские власти скоро ее закрыли, издателей судили. Но белорусские патриоты не испугались, сразу начали выпускать новую газету  – «Наша ніва». В этих газетах стали публиковаться Максим Богданович, Алаиза Пашкевич (Цётка), Янка Купала, Якуб Колас, Зоська Верас, Змитрок Бядуля, Ядвигин Ш., другие белорусские творцы, просветители.

У белорусов тяга к родному слову была большой.  Несмотря на то, что царские, а позже и польские, власти всячески препятствовали развитию белорусской печати, в Вильнюсе до войны выходило несколько десятков  белорусских периодических изданий – общественно-политических, религиозных, культурных, детских, даже журнал для пчеловодов  «Беларуская борць», издавались и белорусские книги.

Вильнюс в то время был одним из очагов белорусской культуры. Но говоря о Вильнюсе, не надо забывать и о Каунасе, в ту пору временной столице Литвы, где тоже активно действовали белорусы, белорусские общественные объединения. Здесь с 1918 года начало работать Министерство белорусских дел Литвы, первыми министрами которого были известные деятели белорусов Язеп Варонка, Даминик Семашко. Министерство представляло и охраняло интересы белорусов, заботилась об их экономических, культурных запросах, о белорусском просвещении, белорусской печати. Кроме того, в Каунасе действовали активисты Белорусского Культурно – Просветительского Товарищества, плодотворно работал и Белорусский Издательский Центр. В Каунасе выходили журналы «Часопіс», «Беларускi сьцяг», газета «Крывiч», издавались белорусские книги, в том числе в 1924 г. вышел и «Падручны расійска-крыўскі (беларускі) слоўнік».  

Такое вот обширное белорусское наследие в Литве, конечно, помогало в сборе материалов для публикаций. Была только одна трудность – тогда белорусы писали кириллицей и латиницей. Двумя азбуками параллельно выходили и уже упомянутые газеты «Наша доля» и «Наша нива».

Проблемы возникали в написании имен, фамилий, собственных существительных. По своему их именовали и писавшие на литовском, русском и польском языках. Например,  в Вильнюсе живший известный белорусский писатель и просвещенец Максим Горецкий мог быть Горецкий, Гарецкі, Харецкi, Goreckis, Gareckis, Horeckis, Hareckis...

Идентифицировать личность, искать ее, затрудняло и начавшееся белоруссизирование имён и фамилий: Иван – Янук, Januk, Владимир – Уладзiмiр, Uladzimir…  Кроме того, белорусские авторы стали избегать польских букв sz, sz, cz, и вместо их начали, как и литовцы, писать буквы č, š, ž. Новые буквы появились в фамилиях (A. Stankievič), псевдонимах (Vincuk Adwažny), названиях газет (Bielaruskaje žyccio) и книг (Kaziukowa Žanimstwa или Fr. Bahušewič: jaho žyćcio i tworčaść). Поэтому поиск в старых каталогах библиотек и архивов, где очень важна последовательность букв, затруднялся. Но помогало знание белорусского, русского и польского. А с трудностями достигнутый результат только увеличивал радость находки.

– Кто из персонажей вашей книги наиболее близок, наиболее интересен вам?

– В моей новой книге девять героев, девять деятелей белорусского национального возрождения, писателей, поэтов, публицистов, которые до войны учились, работали, творили в Литве. Это Адам Станкевич, Станислав Гляковский (Stasiuk z-nad Niomna), Александр Астрамович (Андрей Зязюля), Ян (Янка) Семашкевич (Янка Былина), Винцэнт (Винцук) Гадлевский, Язеп Германович (Винцук Адважны), Константин Степович (Казимир Сваяк), Виктар Шутович и Владислав Толочка.

Может сразу возникнуть вопрос, почему нет класиков белорусской литературы Янки Купалы, Якуба Коласа, которые тоже жили в Вильнюсе, тут начинали творить?  Потому, что они в Литве хорошо изестные, их наследие изучают целые институты и музеи, названные именами великих творцов. Я здесь новое вряд ли что найду, а повторяться не хотелось.   

Герои моей книги менее известные, но они импонируют своей самобытносьтю, активной борьбой за национальное возрождение, любовью к родному языку, к своему народу, и большим желанием творить.

Кто из них наиболее близок, наиболее интересен?  Все они мне интересные, дорогие. Адам Станкевич, например, в Вильнюсе издавал газеты «Крынiцa», журналы «Хрысьціянская Думка» и «Шлях Моладзі». Написал много книг, в том числе и «Doktar Francišak Skaryna – pieršy drukar biełaruski 1525–1925» (1925), «Biełaruskaja mowa u škołach Biełarusi XVI i XVII st» (1928), «Rodnaja mowa u swiatyniach» (1929), «Вітаўт Вялікі і Беларусы» (1930), «Кастусь Калiноўскi: „Мужыцкая праўда“ i iдэя незалежнасцi Белорусi» (1933), «Да гісторыі беларускага палітычнага вызваленьня» (1934), «Biełaruski chryscijanski ruch» (1939), «Хрысьціянства і Беларускі народ» (1940), другие работы. Кстати, А. Станкевичем я впервые заинтересовался, когда в журнале «Колоссе» (1938, № 3, 4; 1939, № 1, 2, 3)  нашел его большую студию «З літуанізмаў у беларускай мове».

Станіслав Гляковский, известный больше под псевдонимом Stasiuk z-nad Niomna, активно сотрудничал в белоруской печати, в Вильнюсе издавал книги на белорусском, финансировал издание детской газеты «Пролескi», творчески проекты белорусских писателей.

Александр Астрамович, под псевдонием Андрей Зязюля, писал задушевные лирические стихотворения. В Вильнюсе  выпустил книги стихов «Z rodnaha zahonu» (1913), «Alenčyna wiaselle» (1923), в Петербурге поэму -  «Слова праўды аб мове і долі беларуса» (1917). В деревнях собирал белорусский фольклор и вместе с Антоном Гриневичем в 1912 г. издал двухтомник «Беларускія песні з нотамі», Похожее я могу сказать и о других героев книги.

– Несомненно, и Адам Станкевич, и Станислав Гляковский, и Андрей Зязюля, и Янка Былина, и Винцук Адважны, и Владислав Толочко, и Винцент Гадлевский, и Виктор Шутович – не весь белорусский Вильнюс... О ком еще собираетесь написать? Будет ли у книги "Родным духовным словом" продолжение?

– В периодической печати уже были мои статьи, героями которых являлись Максим Танк, Максим Гарецкий, Наталия Арсеньева, Вацлав Ластовский, Владимир Руль, Алексей Зарицкий, который перевел поэму «Чатыры пары года» нашего классика К. Донелайтиса. Писал и о газетах «Наша доля» и «Наша ніва». Но в Литве белорусская тема – неисчерпаемая. В Вильнюсе около 30 названий улиц имеют белорусское происхождение, начиная от улиц Янки Купали, Якуба Коласа и заканчивая Минской, Лидской, Полоцкой… В старом городе много мемориальных досок посвящено белорусским деятелям. А в библиотеке Литовской Академии Наук – десятки названий белорусских газет, журналов, сотни книг. Туда зайдешь – можно месяцами не выходить. Я испытываю настоящее журналистское, писательское наслаждение, занимаясь этими темами.

Теперь более заинтересовался жизнью (1876- 1916) и творчеством Алаизы Пашкевич (Цётки). Она жила в Вильнюсе, вышла замуж за Степанаса Кайриса, одного из основателей социал-демократической партии Литвы, работала в больнице, рядом с которой я жил. Ее деятельность многогранна, она и белорусская поэтесса, прозаик и общественно-политический деятель и актриса, педагог. Стояла у истоков первой легальной газеты на белорусском языке «Наша доля», редактировала детский журнал «Лучынка». Автор сборников «Хрэст на свабоду» и «Скрыпка беларуская», книг для детей «Першае чытанне для дзетак беларусаў», «Лемантар», «Гасцінец для малых дзяцей»…

Интересная судьба и у почти сто лет (1892-1991) прожившей белорусской поэтессы, писательницы, художницы, общественного деятеля Зоськи Верас (настоящее имя – Людвика Савицкая-Войтик), Проживая в Вильнюсе с 1923 года, Зоська Верас работала администратором редакций газет «Белорусской крестьянско-рабочей громады», редактировала детские журналы «Заранка», «Пралескі». Публиковала свои литературно-художественные, публицистические произведения в журналах «Шлях моладзі», «Студэнцкая думка».

Поэтесса много помогала белорусским политическим заключённым, находившимся в Лукишской тюрьме. Это она из тюрьмы тайком вынесла рукописи сидевшего там белорусского писателя Михася Машары и с помощью Станислава Гляковского издала книгу. Кстати, в Лукишской тюрьме несколько позже как политические заключенные срок отбывали и поэт Максим Танк, и герои моей книги Адам Станкевич, Винцук Гадлевский. Так что, белорусских тем достаточно, было бы здоров, чтобы раскрыть их.

– Вы пробовали переводить  на литовский язык произведения белорусских прозаиков... Расскажите, пожалуйста, об этом несколько подробнее.

– С белорусского переводить стал сравнительно недавно. Будучи в Минске, купил «Белоруска-рускi слоўнiк». Первые переводы были из творчества Лидии Арабей – меня заинтересовала ее литовская тема. Позже заинтересовала проза Максима Горецкого и Максима Танка. Оба очень интересно писали о довоенном Вильнюсе. Перевел несколько стихотворений Франциска Скорины и Максима Богдановича, сказок Ольги Короткевич, рассказов Алеся Карлюкевича, литературных миниатюр Алаизы Пашкевич (Цётки) и Георгия Марчука. Рад, что мои старания были замечены в Минске, в 2010 году я был принят в Союз писателей Беларуси.

Горжусь тем, что в уникальной книге «Францыск Скарына на мовах народаў свету», которая 2014 году вышла в свет благодаря Издательскому дому «Звязда», есть и мой перевод на литовский язык.

Взялся и за более крупное произведение Алеся Карлюкевича   – повесть-сказку детям «Як Шубуршун па Свiслачы падарожнiчаў». В 2015 году ее отдельной книгой выпустило издательство «Трис жвайгждутес» («Три звездочки»), которой руководит тоже член Союза писателей Беларуси Яронимас Лауцюс.

Яронимас Лауцюс, Алесь Карлюкевич и Витаутас Жеймантас. Минск, 2017 г.

Говоря о переводах, могу только пожалеть, что до сих пор нет «Белорусско-литовского словаря».  

– Знаю, что вы приезжали несколько раз в Минск, побывали в Гродно. Увезли с собой какие-либо «белорусские сюжеты», написали ли что-то о Беларуси?

– Два раза был приглашен на съезд Союза писателей Беларуси, несколько раз в Минске, позже и в Гродно, участвовал в литературных диспутах, знакомился и с работой Минской международной книжной выставки-ярмарки. Воспользовавшись безвизовым режимом, побывал в Гродно, полюбовался старым городом, поплавал по Августовскому каналу, привозил в Гродно и внука.  

Конечно, возвращаясь, с каждой поездки привожу домой и уйму впечатлений. А имея ввиду, что меня более сорока лет «кормит» журналистика, после каждой поездки рука сама тянулась излить впечатления. Публиковался белорусскими материалами в республиканских газетах «Лиетувос айдас» («Эхо Литвы»), «ХХI амжюс» («ХХI век»), «Ворута» (название местности), журналах «Гайрес» (Вехи), «Жвайгждуте» («Звездочка») и, конечно, в цифровой газете Союза журналистов Литвы, которую редактирую вот уже почти десять лет.

Мою белорусскую тему расширяло и участие белорусов в различных мероприятиях, проходивших в Литве. Писал об успешном участии белорусских книгоиздателей на Вильнюсских международных книжных выставках-ярмарках, о выставках белорусских художников, гастролях белорусских театров. Так что, жизнь продолжается, будет о чем писать.  

Витаутас Жеймантас и председатель Союза писателей Беларуси Ниаколай Чергинец. Минск, 2010 г.

– А как сегодня развивается в Литве историко-документальная, краеведческая литература?

– Думаю, что успешно, В советское время был сделан уклон на революционную тематику, на борьбу с угнетением нации, простого народа. Теперь можно исследовать и писать буквально обо всем. Отсутствие идеологических канонов разрешает интерпретировать события по разному. Хорошо, что пестрота мнений создает предпосылки к размышлению, но плохо, разумеется, что в этой пестроте можно и запутаться.

Думаю, что хорошей тенденцией в  историко- краеведческом движении является  и желание лучше познать историю, культуру и быт других народов, проживающих в Литве. Ведь Литва – это не только литовцы. Про белорусский пласт я уже говорил, есть еще и русский, польский, еврейский, поменьше – татарский, караимский культурный пласт. Отрадно, что все народности хотят и могут углубиться в свои исторические корни.  Этому способствуют периодическая печать и книги, выходившие на белорусском, русском, польском, еврейском, караимском языках.

Не один раз, заканчивая свои статьи в литовской прессе, я говорил, что нам, литовцам, надо лучше знать жизнь народов, живущих рядом.

 

Беседовал Кирилл Ладутько

 

 

Прочитано 999 раз