Четверг, 19 07 2018
Войти Регистрация

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me

Create an account

Fields marked with an asterisk (*) are required.
Name *
Username *
Password *
Verify password *
Email *
Verify email *
Captcha *

Эдвард Милитонян. Безработный поэт не пишет... Поэтические произведения разных лет

                                Безработный поэт

 

Безработный поэт не пишет,
Что возьмешь с него? — безработный.
Часть читателей скрылась в Германии,
Часть рванула в Голландию,
Горстка читателей — в Индию,
Несколько взбалмошных читательниц — в Турцию,
И еще кое-кто, якобы секс-меньшинство, — в Америку.
В прошлом трудно найти читателя,
Тут нужна подготовка, сноровка, тут без менеджмента не обойтись.
Вот письменный стол поэта,
На всей поверхности жена его сушит петрушку.
От стола исходит чудный аромат.
Зимой обеды будут вкусные,
Сухая петрушка напомнит о лете минувшем,
Поэт, возможно, вспомнит заодно свои песни,
Которые, подобно бумажным голубям,
Выпархивали из окна.

 

                                Письмо Данте Алигьери

 

Данте Алигьери, приди, напиши вместо нас
Что-нибудь о любви, о страданье и о бессмертье.
Сейчас у нас — неурожай на слово,
Никто не воет из-за нехватки стихов,
Может, читатели будут к тебе благосклонны?
Смотри, какой-то классик, к тому же еще и гюмриец,
Каждый раз нисходит с пьедестала,
Бродит угрюмо вокруг многолюдной подземки,
Как когда-то в Венеции, и без конца повторяет:
— Вам говорю я, придет голодуха Духа,
— Я говорю Вам, что голод Духа наступит…
Изнуренные люди косятся и негодуют:
Только его не хватало!
Они норовят потрепать бороденку поэта,
А кто-то, любуясь собой, ему в руку монетку сует.
Голод Духа накрыл этот край, как небесная манна,
И его пожирают повсюду, на всех перекрестках-чистилищах,
В благотворительных столовых и на ярмарках.
Его пожирают, а он все никак не кончается,
И сходишь с ума от избытка духовного голода,
И впору его вывозить, как утиль, металлический лом…
В этих краях есть также любовь, есть заветные имена,
Такие, как Беатриче.
И если ты, упаси Боже, не бессилен,
Тебе мы поднесем малолетних и великовозрастных шлюх,
Застенчивых девственниц, вернувшихся от Гастрологов,
Короче, с вопросов секса мы снимем любые вопросы.
Но только ты что-нибудь напиши, чтобы мы закатили глаза
И заплакали горько, и чтобы души наши смягчились.
А то мы грыземся, беснуемся, кровь друг у друга пускаем.
И не спасает нас посох классика Аветика,
Он делает вид, что накажет, но никто его не боится,
И тогда он — в который раз — повторяет:
— Я вам говорю…
Старик уже всем надоел, мы не знаем, как с ним поладить.
Поставили на постамент, он уходит, когда захочет,
Водворяем на место, он снова куда-то уходит…
Приди же, Данте Алигьери, убеди старика-бедолагу,
Пусть прекратит свои штучки и ведет себя сообразно.
Когда-нибудь твой памятник мы в полный рост воздвигнем,
С мрачным профилем, с лавровым венцом на челе,
А пред тобой — Чистилище. Ад. Рай.

 

                                                      Булату Окуджаве

 

В тебе смешались армянин с мингрелом,
Для слуха русского ты — бард, поэт, певец,
Своим акцентом звездным ты умело
Доходчив был, понятен для сердец.

Ты под землей покоишься. Там тесно.
Твое молчанье слышит лишь трава.
Кто вспомнит ненаписанные песни, 
И кто еще найдет твои слова?

Иди, поэт, и пусть твоя могила 
Влечет к себе людей. Любовь сильна.
Был человеком ты, легендою и былью,
И виноградной гроздью для вина.

Перевод Гургена Баренца

Источник: Дружба Народов 2009, 4

 

Цензорам Пушкина


Вы – тени блеклые, в вас – ничего святого,
Вы совесть продавали с молотка,
Травили мысль, кастрировали слово,
Себя покрыв позором на века.
Со щами вы проели и свободу,
Вы рвали и метали, говоря: 
- Такого мы не видывали с роду,
Да это же крамола на царя!
Поэт уже давно вас всех простил,
Гораздо строже - суд родной земли.

 

Поэт


Лермонтову


Его боятся, как боятся шершня,
Его жало приводит в ужас.
Но он – пчела,
Он летит за словами, 
И возвращается, изнуренный.
Все удивляются, что он угасает спокойно
От легкого удара, от слабого укуса.
Поэт умирает и дает потомство,
Умирает и затвердевает,
Был пчелою, становится роем пчелиным,
Бархатным был, становится металлическим,
И, в воздухе повиснув, все звенит,
Словно колокол пробужденья,
Как нескончаемый звон
Сотворенья.

 

Источник: страница автора в facebook.com

Прочитано 262 раз Последнее изменение Суббота, 18 Ноябрь 2017 18:54
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии