Суббота, 22 07 2017
Войти Регистрация

Войти в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создать аккаунт

Обязательные поля помечены звездочкой (*).
Имя *
Логин *
Пароль *
Подтверждение пароля *
Email *
Подтверждение email *
Защита от ботов *

Анатолий Бардачёв (Молдова). Выбор

  • Воскресенье, 09 июля 2017 10:03

Последний сборник поэтических произведений Анатолия Владимировича Бардачёва вышел уже после его смерти стараниями коллег по перу, членов литературного объединения NORD Союза писателей Молдовы им. А.С.Пушкина. Полный текст сборника для "Созвучия" прислал наш замечательный молдавский друг, соратник по укреплению белорусско-молдавских культурных связей писатель и историк Юрий Иванов. Эпиграфом к настоящей публикации послужит стихотворение Лидии Мотря.

В предисловии, написанном Виктором Панько ещё при жизни ушедшего поэта, Бардачёв упоминается как живой.

Фото: участники вечера памяти А.Бардачёва.

 

Лидия Мотря

 

Посвящаю памяти коллеги по перу

Анатолия Бардачёва.

 

Душа

Как хорошо жить,

когда ничего не болит,

особенно – душа!..

Моё сердце и душа –

как старый дом, где не открывали

ставни и окна годами!..

Сердце у нас измучено – от работы,

от мелких досад и горьких утрат;

оно бьётся - не переставая!..

А сильнее стучит и болит, когда родных

и старых друзей мы в путь последний провожаем!..

Помнить их нужно – всегда!!!

Дорогой Друг, наши души – снова встретятся,

там – в межзвёздных пространствах,

в сияющих мирах

у Господа на пороге,

но Ты – нас выйдешь встречать!..

В белых одеждах, с терновым венцом,

Уже – исцелённый, совсем просветлённый,

Но – с прежней любовью и дружбой в глазах!..

03. 07. 2017, Рышканы

 

Второе, дополненное, издание сборника «Выбор»  члена Союза писателей Молдовы имени А.С. Пушкина Анатолия Владимировича Бардачёва содержит стихотворения и притчи, написанные им в разные годы.

Книга адресована широкому кругу читателей.

Текст -  Анатолий Владимирович Бардачёв

Редактор Виктор Дмитриевич Панько

 

Художественное оформление -  Виктор В. Панько

Книга издана при содействии Регионального филиала «NORD» Союза писателей Молдовы имени А. С. Пушкина, члена Союза журналистов и Союза писателей Республики Молдова Ивана Георгиевича Дуба (Стежару).

Спонсор издания – солист Молдавского Театра Оперы и Балета имени Марии Биешу, народный артист Республики Молдова Иван Васильевич Кваснюк.

Подписано к печати

Бумага офсетная

Тираж 100 экз.

Кишинев, 2016

 

 

ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ АНАТОЛИЯ БАРДАЧЁВА

Не выходит из памяти одна мимолётная встреча.

Мы с Анатолием Бардачёвым шли по улице мимо лицея имени Льва Толстого, беседовали о литературе и современном её состоянии. Не обращали внимания на встречных прохожих. Но вот одна девочка лет тринадцати, с которой мы должны были разминуться на тротуаре, смущённо улыбаясь, извиняющимся тоном, обращаясь к Анатолию Владимировичу, спросила:

-Простите, это Вы написали книгу «Выбор»? Мы с мамой вчера её читали, и я плакала. Я Вас узнала по фотографии.

 В её глазах было столько интереса, преклонения и восхищения, что мне трудно передать словами то, что я увидел. Она смотрела на поэта, как на какое-то неземное, сверхъестественное существо, не поддающееся пониманию.

Анатолий Владимирович ответил:

-Да, я написал. Она вышла из печати недавно. А как она к вам попала?

- Маме дала почитать соседка, там я её и увидела…

Поговорили несколько минут и разошлись, но впечатление от той встречи у меня и у него остались на годы…

   Человек непростой судьбы, немало испытавший на своём веку, Анатолий Бардачёв, являющийся сегодня инвалидом первой группы по зрению, мужественно борется со своим недугом, не только сам не падает духом, но и своим творчеством морально и нравственно поддерживает других людей.
    Первое же знакомство с его творчеством показывает, что перед нами человек, пропускающий через себя, через свои сердце и нервы, через свое миропонимание нашу  действительность. Что его волнуют и сегодняшний, и завтрашний дни. Что с интересом и с болью всматривается он вокруг и пытается понять:


Почему все не так,
Как хотелось бы мне?
Бросил жребий. Пятак –
Не на той стороне.

Каждый сам по себе.
Что стряслось? Не пойму.
Покорились судьбе.
Почему? Почему?

Все – в огне да в дыму,
Скрылись все в свой футляр.
И свое «почему?»
Я твержу, как школяр.

    Вопросы возникают у него не только в связи с материальными трудностями, связанными с добыванием хлеба насущного, хотя их приходится преодолевать ежедневно, как и самому автору, так и его лирическим героям. (Ему довелось работать с юного возраста, а в последние десятилетия в качестве «гастарбайтера».)
     Он внимательно приглядывается к судьбам старушки, осиротевшей после смерти  деда, и оставшейся наедине со своими бедами с кошкой; инвалида Васьки, потерявшего ногу в Афганистане; старика-бомжа, не могущего смириться с мыслью о том, что он воевал зря. И каждая из этих маленьких трагедий побуждает нас приглядываться, вслед за автором, более внимательно к окружающему нас миру, попытаться понять его и найти в нем нашу позицию.

 

Сидят у окошка старушка и кошка,

Смотрят на мир, а в глазах – пустота.

Им бы поесть хоть чего-то немножко.

Кошка мурлычет, завидев кота.

 

Дед выкинул номер да давеча помер,

Два сына погибли в Афгане в бою.

Тихо и сыро в старушечьем доме,

Старушка ворошит кручину свою.

 

Стоит у дороги домишко убогий,

И крыша прогнулась, да мхом поросла.

Старушка с трудом постоит на пороге:

Не те уже ноги, такие дела…

 

Трудилась, старалась, да вот что досталось,

И в поезде жизни места ей нет.

Не села в него – на перроне осталась,

Видать, не хватило деньжат на билет.

 

И в спешке обычной дорогой привычной

Прохожий задумчиво мимо пройдет…

Никто не заглянет, лишь друг закадычный

Кот Васька-бродяга сюда забредет.

 

Сидят у окошка старушка и кошка.

Сидят, дожидаясь вдвоем темноты.

Старушка откроет тихонько окошко:

«Иди, погуляй, поживи-ка хоть ты…».

 

      Бывает, Бардачев, как бы бесхитростно, пересказывает стихами взволновавший его  случай, как, например, в стихотворении «Торг», в котором речь идет о враче, не соглашавшемся обследовать сбитого машиной ребенка, пока не будет решен вопрос об оплате. Потом оказалось, что то был сын этого самого доктора. А время, затраченное на преступный торг, было упущено. Мальчик погиб. Этот сюжет, помнится, имел хождение в устном народном творчестве в наших краях в самые тяжелые  для нас 1990-е годы. Автору удалось средствами художественного слова создать, используя его, яркую, впечатляющую картину человеческой трагедии.

 

Безумен мир! Жестоки люди!

Куда девалась доброта?

И совесть спит. Ее не будит

Тот, у кого душа пуста.

 

А что? Удобно и полезно…

Закрыв глаза на все, живем.

И вот с глубин души полезла

Вся муть, сжигая нас живьем.

 

Врачи, дав клятву Гиппократа,

Сначала смотрят в кошельки.

И, если там лежат деньжата –

Летают, словно мотыльки.

 

А если – нет? Твои проблемы.

Захочешь жить – крутись, держись…

И в продолженье этой темы

Всегда подкинет случай жизнь…

             («Торг»)

 
      Не могут оставить читателя безразличными стихотворения «Выбор»,  «Ностальгия», «Соседский стог», «Мама»,  «Прости, сын!».
      Переживания, навеянные любовью к женщине, отношением к природе, к моральным ценностям, стремление постигнуть мир посредством  понятий: «Добро», «Красота», «Сочувствие», «Вера», посредством философских размышлений и метафорических образов - свойственны произведениям  сборника «Выбор».

Насколько человек велик,

Настолько – мерзок и ничтожен,

И подлый шаг всегда возможен,

Когда двойной он носит лик.

То, что снаружи и внутри –

Оно порой – не совпадает.

Не оттого ль потом страдает

Душа с утра и до зари?

Забыли мы – что есть душа,

И за нее мы все в ответе,

Но, чтоб понять вам мысли эти,

Я расскажу все не спеша…

          («Выбор»)

 

Вот, например, описание зимнего утра:

 

Утром люди проснулись: «О! Боже!».

Стало как-то теплей и светлей.

Словно белой и мягкой рогожей

Бог накрыл все рукою своей.

 

Ивы белые шубки одели,

Смотрят в зеркало льда на прудах.

Снег улегся на сосны и ели,

И на тонких лежит проводах.

 

Ребятня шумной пестрой ватагой,

Словно всадники мчит на конях.

С бесшабашной ребячьей отвагой

С криком с горки летит на санях.

 

Кто смелей, тот в полете с трамплина,

Покорив всего метр высоты,

Ощутив выброс адреналина,

С восхищением шепчет: «Ух, ты!»…

              («Зима»)


       Анатолий Владимирович  родился 1 сентября 1954 года в селе Чобручи Слободзейского района. Детство его прошло почти во всех поселках Молдовы, где есть сахарные заводы, в связи с тем, что его отец, Владимир Афанасьевич, часто переезжал на новые заводы как высококвалифицированный специалист. Среднюю школу Толя окончил в Гырбово. Там же начал трудовую деятельность электриком.    В 1977 году окончил Сорокское культпросветучилище. Работал заведующим сельским клубом. Руководил ансамблем гитаристов в Доме культуры села Попенки. Участвовал в местном эстрадном ансамбле, агитбригадах. 

В городе Глодень он проживает с 1978 года. Работал здесь электриком на сахарном заводе, затем - на стройках Москвы, Санкт-Петербурга, Киргизии и Польши.

Стихи писал и в детстве, но первый сборник написан после развала СССР, как он пишет в биографии, «вобрав в себя всю боль простых людей».

Теперь готовит свои произведения, в их числе – песни и притчи, для публикации второго сборника. Ухудшающееся зрение и инвалидность затрудняют эту работу, но  помощь близких, понимание и поддержка со стороны супруги – Татьяны позволяют ему надеяться на то, что он успешно продолжит свою литературную деятельность.

Член Регионального филиала «Nord» Союза писателей Республики Молдова имени А.С.Пушкина Анатолий Бардачёв принимает активное участие в работе филиала, организуемых филиалом презентаций книг, писательских и читательских конференций. Здесь он не только имеет возможность прочитать  стихотворения, но и напеть свои песни и притчи, сопровождая голосовую партию прекрасной игрой на гитаре.

Недавно за успехи в творчестве он  награждён Дипломом Союза писателей Молдовы имени А.С.Пушкина.

Простой, скромный и незаметный человек. Талантливый, читаемый и почитаемый поэт. Прекрасный музыкант. Внимательный и доброжелательный семьянин. Любящий и восхищающийся внуком дедушка. Инвалид первой группы по зрению. Всё это – об  Анатолии Владимировиче Бардачёве – человеке большой души и пытливого ума, нашем с вами современнике.

 

Виктор ПАНЬКО,

писатель, председатель Регионального филиала «NORD» Союза писателей Молдовы имени А. С. Пушкина, лауреат Премии Союза журналистов Республики Молдова.

 

                 Читателю

Если захандрил ты вдруг,

Души силы скисли -

Прочитай, мой милый друг,

Авторские мысли.

 

Родились они в тиши

И легли в тетрадку.

Хороши , не хороши -

Сам реши загадку.

 

Впрочем, мысли не мои.

Мне их дал Создатель.

Прилетели с неба … и

Вот они, Читатель!

 

В твоем сердце пусть они

Все ж найдут дорогу.

В мою душу загляни,

Где есть место Богу.

 

Кто на жизнь свою сердит -

Загляни, послушай,

Стих здоровью не вредит -

Укрепляет душу.

                                        А. Бардачёв

 

  1. О ПОЭЗИИ

 

                    Мой крест

 

Все люди спят. И ночь темна.

Весь мир во сне затих,

Лишь одному мне не до сна:

Сижу, слагаю стих.

 

Встревожена душа моя

И потому не сплю,

Из тысяч слов, что знаю я,

Мне нужное ловлю.

 

Ложатся строчки на листок,

Светлеет за окном,

На лист излив с души поток,

Засну спокойным сном.

 

                       21.09.2001 г.

 

 

         Как рыбак, закинув сети…

 

Вот задумался я как-то:

Для чего стихи пишу?

Стих колючий, словно кактус,

Вновь в тетрадку заношу.

 

Что же мне всех больше надо?

И какой мне интерес?

Это – крест? Или награда,

Что послал мне Бог с небес?

 

А другие спят спокойно,

Сны давно их заждались,

Мои мысли, словно кони,

Распряглись да разбрелись.

 

Как рыбак, закинув сети,

С нетерпеньем жду улов.

Где они? Ну, где же эти

Косяки мне нужных слов?

 

Вот поймал, занес в тетрадку

Я слова в ночной тиши,

Сделав микро-подзарядку

Для измученной души.

 

Поделился бы уловом

Я с людьми в лихие дни,

Своей рыбой (то есть словом),

Пусть попробуют они.

 

Но кого накормишь словом?

Знать, без смысла разговор?

Смявши лист с моим уловом,

Кто-то сядет под забор.

 

Эх ты, долюшка поэта!

Но скажу вам наперед:

Будет жить моя планета,

Пока муза не помрет!

 

Вновь в душе бушует море,

Вновь готовлю сети я,

Эх ты, луковое горе,

Эх ты, долюшка моя!

 

Исповедь

Смотрит мне в окно луна.

Любопытная она.

Что же хочешь здесь увидеть ты, Проказница?

На столе - лист, карандаш.

И молитва «Отче наш»

Да кусочек сухаря.  А он так дразнится!

 

Очень хочется мне есть!

А он – всё, что в доме есть…

В холодильнике, как шутят: мышь повесилась!

Чем ты можешь мне помочь?

За окном такая ночь!

Что ты смотришь и смеешься?! С тучки свесилась!

 

Нет! Так дальше жить нельзя!

Собутыльники – друзья,

Что оставили мне тару, всю стеклянную,

Нынче ходят стороной…

Соберутся у пивной…

Да «нашкрябают» на водку, окаянную!

 

«Отче наш» перепишу.

Утром заново решу,

Как жить дальше, что поесть? И где устроиться?

Вот сижу я без идей…

Завтра  ж – праздник у людей!

Говорят, что будто бы – Святая Троица!

 

Виноват  я! Что сказать? -

Пора с пьянкой завязать!

Утром я найду рубаху. Да не мятую!

В нашу церковь я пойду,

На колени упаду!

-  Помогите! Поменять мне жизнь проклятую!

 

Я проснулся с «бодуна».

Где, проказница луна?

Но нашел рубашку новую, толковую!

«Отче наш» переписал. Да затылок почесал…

И пошел просить у Бога я – жизнь новую!

 

Перед вами я стою.

Под гитару вам пою!

Вроде слушали меня.

Склонюсь к вам в ноженьки.

Всё я спел и рассказал,

Как я с пьянкой завязал!

Жизнь мне новую Бог дал!

Спасибо Боженьке!

 

25.05.2013

 

              Обращение

 

Во Вселенной где-то,

Средь кромешной тьмы,

Вспыхнула планета.

Появились мы.

 

Бог сказал – и сделал.

И  - посеял жизнь.

Чтоб каким-то делом

Все мы занялись.

 

А каким -  не знаем.

Так, живем-коптим:

Думаем-гадаем,

Хлебушек едим.

 

Гоже иль негоже

Жить так - не тужить?

Не сказал нам Боже

Для чего нам жить:

 

«Жизни смысл я скрою

От детей Земли.

Чтобы головою

Разуметь смогли».

 

Думал наш Создатель

Так из облаков.

Сам пойми, читатель,

Кто ты есть таков!

 

Сам пройди дорогу,

Без поводыря,

Да, поверь, ей богу

Это всё -  не зря.

 

Знать, такая доля -

Сам и выбирай!

Вольному - так воля.

Кто спасен – так рай!

 

Выбирает Боже

Из плевел зерно,

Чтобы в день погожий

Проросло оно.

 

Тайна да интрига -

Наш суетный мир!

Есть такая книга -

Наш ориентир.

 

Кто Святую Книгу

Второпях прочтет,

Тот увидит «фигу»,

Так как не поймёт.

 

В ней нам Бог оставил,

Не с того, не вдруг,

Десять главных правил.

Прочитай, мой друг!

 

 

Прочитай, да делай

Так, как пишут в ней,

Да займись-ка делом,

Что сейчас нужней!

 

Гладко на бумаге,

Но ленива плоть.

Где нам взять отваги

Лень перебороть?

 

В суете базаров

Книга не нужна:

Сто огромных баров,

Церковь - лишь одна.

 

Звонкую монету

Копим тут и там,

Чистую планету

Превращая в хлам.

 

А пока Планета

Терпит – наша Мать, -

Вот про всё, про это

Хочется сказать.

 

Нанизало время

Бусинки -  века,

Посадило семя

Нового. Пока.

 

Прорастёт росточек,

Превратится в год,

И в одну из ночек

В гости к нам придёт.

 

К нам заглянет в двери:

 - Здравствуй, Человек!-

Если счёту верить -

Двадцать первый век.

 

- Светлый и лучистый,

Вот он я! Живи!

Жизнью новой, чистой

В радости, в любви!

 

Бусинки столетий…

Ровно двадцать штук…

Из огромной клети

Слышен стона звук.

 

Слышится не где-то -

Прямо подо мной.

Корчится Планета.

Мы - тому виной!

 

Тяжело ты, бремя

Пройденных веков!

Человечье племя -

Стая дураков!

 

Может быть, и грубо

Зваться дурачьём,

Но, как свинье под дубом,

Всё нам нипочём!

 

Кто Крылова знает,

Тот поймёт меня.

Просто не бывает

Дыма без огня.

 

Мне - какое дело?

Спросите сейчас.

Просто надоело.

Я  - один из нас.

 

Да и как иначе

Можно нас назвать?

Мать-Планета плачет,

Став на помощь звать,

 

Чтоб спасли бедняжку

Внешние миры…

Дали мы промашку

В правилах игры.

 

Доигрались, черти,

Всех святых хуля:

На микрон от смерти

Матушка - Земля.

 

Смотрит Бог, наверно,

Вниз, нахмурив бровь,

Как живем мы скверно,

Проливая кровь

 

С временных окраин

Времени того,

Как прикончил Каин

Брата своего.

 

Зависть черной птицей

В сердце пронеслась.

Там, где кровь струится -

Сатаны там власть.

 

Ум завел за разум,

Сердце, взяв в полон,

Поселив заразу,

Правит балом он!

 

Грех - на человеке.

Льется кровь рекой,

Затопив навеки

Разум и покой.

 

Зачерствели души:

Вместо сердца – лёд!

Заповедь нарушив,

Вновь идут в поход

 

Бравые мужчины,

Растворясь вдали,

Вновь творить морщины

На лице Земли!

 

Рвы да катакомбы,

Обгоревший лес…

От копья - до бомбы –

Вот и весь «прогресс»!

 

И без войн хватает

На земле морщин.

Кто постарше, знает

«Трудовой почин».

 

Перерыли горы,

Выкачали нефть,

И пошли раздоры,

Все сводя  на «нет».

 

Дымом закоптили

Синеву небес,

Труб поставив шпили -

Вот и весь «прогресс».

 

Защищаем кровью

Чей-то интерес,

Бьет нас по здоровью

Этот наш «прогресс».

 

Повернули реки,

Высушив моря…

ЛЮДИ-ЧЕЛОВЕКИ,

Неужели - зря?

 

По латыни «Хомо-

сапиенс» звучит.

Мы – В ГОСТЯХ, хоть дома,

И у нас - ключи.

 

Но отдаст на милость

Всё Земля сама,

Чтобы не случилось

Горе от ума.

 

Каждый понемногу

Руку приложил

Засорив дорогу,

Где Иисус ходил.

 

Накопилось злости

Знать на много лет…

Если здесь мы ГОСТИ,-

Где наш этикет?

 

Наплодили партий

Красных, голубых…

Новый  век на старте

Партий - молодых.

 

Есть народ влюбленных

В свой родимый край -

Партия зеленых -

Ты про это знай.

 

Крепких, закаленных,

Всё им по плечу,

Партия зеленых -

Я туда хочу!

 

Эй! Айда, за мною!

Хватит в дрёме спать!

Дорожишь страною?

Так пора вставать

 

На защиту края

Гор, лесов и рек.

Должность есть такая -

«Хомо-человек»!

 

Человек Разумный,

Чудо-человек!

Сделай шаг свой умный

В двадцать первый век!

 

                        14.11.2000

 

    Жизнь моя в полосочку

 

То полоска белая,

То полоска черная-

Из чего ж ты сделана,

Жизнь моя перчёная?

 

Если те полосочки

Да измерить мерою,

Разобрать по косточкам –

Жизнь выходит серая.

 

Не хочу я плакаться,

Но слеза солёная

Капает мне на сердце,

Нервы оголённые.

 

И очками-линзами

Вижу мир изгаженный

Хамами, подлизами,

Подлостью зараженный.

 

Кто-то с жиру бесится,

Не томясь заботами,

Кто-то полумесяцем

Согнут вниз, работая.

 

В руку волосатую

Сунут пачку мятую,

А бедняк с лопатою

Жизнь клянет проклятую.

 

Что ж не дал мне Боженька

Подлости да наглости,

Стал бы осторожненько

Воровать, да в дом нести.

 

Закопал бы совесть я

Где-то ночью тёмною,

Вот пошла бы жизнь моя –

Пил бы чашу полную!

 

Жил бы припеваючи

В сытости да радости,

С девками играючи…

Тьфу! Какие гадости!

 

Прочь! Шакалы подлые –

Мысли мои гнилушки!

Я постом да голодом

Набираю силушки.

 

Нет! Душа дороже мне

Золота да сытости,

Знать моя дороженька –

К бедности да к тихости.

 

Нет, не зависть в моем зле –

Горечь терпеливости.

Эх! Нет правды на Земле

Да и справедливости!

 

Из двух свят не тот, кто бьет,

Так уж жизнь составлена,

Верю я, что Бог придёт

И рассудит правильно!                                    05.10.2001

 

  

Это - плюс

Я опять в стихотворчество кинусь,

И об этом сказать тороплюсь:

В каждом плюсе - есть маленький минус,

В каждом минусе – маленький плюс.

 

И в хорошем - есть что-то плохое,

И в плохом - есть благие дела,

В суете - есть моменты покоя,

И в покое нам жизнь не мила.

 

В жизни нашей всё перемешалось,

Наша жизнь – как сплошной «винегрет»:

И в большом – есть какая-то малость,

И в вопросах заложен ответ.

 

Жизнь – река. И течёт непрестанно,

Но стремится не вверх, а под склон,

И в конце, на глухой полустанок

Приплывём мы под траурный звон.

 

Но не это меня всё ж тревожит,

Страх за душу уж бьёт через край.

Я боюсь, что душа моя может

Не попасть в тот  Божественный Рай.

 

Будет мыкаться птицей небесной

И не день, и не два, и не год,

И душе будет в космосе тесно,

Если Бог душу в Рай не возьмет.

 

Тяжело жить в сплошном «винегрете»,

Жить - по правде и правду вершить.

За грехи все мы будем в ответе,

Но так трудно порой не грешить.

 

Но нам, каждому, разум отмерян

Полной чашей всевышней любви.

Ведь для Бога никто не потерян.

Ты откликнись, Его позови.

 

Бог - везде, и он - рядом с тобою,

Оглянись – и к Нему повернись,

И своей безграничной любовью

Он украсит, продлит твою жизнь.

 

Я опять в стихотворчество кинусь,

И об этом сказать тороплюсь:

Я грешу – это все-таки минус,

Но я Бога зову – это плюс.

 

07.02.2014

 

 

  Вдохновение

 

Позвонил я как-то Музе:

«Прилетай и вдохнови,

Разруби любовный узел,

Я  - страдаю от любви.

 

Написать хочу я оду

Про амурные дела.

Не про хлеб, и не про воду -

Про любовь, что извела.

 

Растерзала, измотала,

Да измучила меня.

Вдохнови-ка для начала,

Поддай жару и огня!».

 

Мне  Евтерпа отвечает:

«Вдохновенью - не бывать,

Если плоть твоя желает

Просто что-то пожевать.

 

И, как это ни банально,

Что - первично, что – потом -

Мы - живем материально,

Создаём всё - животом.

 

Разберись-ка для начала -

Что желает твоя плоть!»

Так мне Муза отвечала.

Крикнул Музе я: « Погодь!

 

Плоть желает вкусной пищи,

А душа моя – любви!

Истину мой разум ищет.

Что поделать? Се ля ви!

 

Вдруг я слышу голос зычный:

«Я - начало всех начал.

А материя  -  первична!»

Мне желудок проурчал.

 

Отключил я свой мобильник,

Да на кухне стал дерзать.

И открыл я холодильник…

«Вдохновляться», так сказать….

 

                               07.06.2009

 

 

  1. ВЫБОР

 

                       Выбор

Насколько человек велик,

Настолько мерзок и ничтожен,

И подлый шаг всегда возможен,

Когда двойной он носит лик.

 

То, что снаружи и внутри,

Оно порой не совпадает,

Не оттого ль потом страдает

Душа с утра и до зари?

 

Забыли мы, что есть душа,

И за неё мы все в ответе,

Но чтоб понять вам мысли эти,

Я расскажу всё, не спеша.

 

В одной стране есть город «Н»,

Не мал, и не велик собою,

И люди там идут гурьбою

После своих рабочих смен.

 

Всё - как обычно, как везде:

Суетный мир – добыча хлеба,

И, знаю я, хоть там и не был,-

Все там - в заботах и в труде.

 

Под вечер прихватил мороз,

Идёт на смену тётя Надя

В роддом. Устало, на ночь глядя,

Прикрыв рукой курносый нос.

 

Вдова, под сорок-сорок пять,

Живёт одна в своей квартире,

Ей одиноко в этом мире,

Как сирота – ни дать, ни взять.

 

«Совсем замаялась одна…

А что? Возьму я из детдома чадо

И больше ничего не надо -

Уйдёт с квартиры тишина».

 

С такою мыслью внутри

Подходит, думая о чаде,

Но прицепился к её взгляду

Какой-то сверток у двери.

 

«Неужто бомба? – пронеслось,-

Ну, всё! Конец! Пропала баба!».

Вдруг свёрток шевельнулся слабо…

У Нади все оборвалось.

.

«Подкидыш!»- вскрикнула она.

Ей стало жутко на мгновенье,

И тотчас, будто в подтвержденье,

Взорвалась криком тишина.

 

«Да кто ж подкинул? Что за зверь?

Дитё - да на мороз, на муки!».

И, свёрток взяв поспешно в руки,

С ребёнком юркнула за дверь.

 

На этот маленький комок,

Что в мир смотрел из одеяльца

Глазами узника-страдальца,

Никто без слёз смотреть не мог…

 

Как  в сердце  нож, да в рану соль…

Да как же так? Ведь мы же  люди!

Да что же с нами завтра будет,

Коль своему! Такую боль?!

 

Что б делал мир без женских рук?

Без нежных рук, Добро творящих!

Рук матерей! Но - настоящих,

Тех, кто ребенку - мать и друг…

 

И был согрет теплом малыш

Другою, с нежными руками,

Не той, что малыша на камень,

Подкинув, скрылась, словно мышь.

 

«Поспи, малыш, и страх забудь,

Пусть всё хорошее приснится…».

И он заснул, сомкнув ресницы,

Хватая ртом, тугую грудь.

 

Прошла неделя, он подрос,

Его кормили щедро люди.

«А дальше? Дальше что с ним будет?

Что делать с ним?»- висел вопрос.

 

В его участвуя судьбе

И  видя в нём подарок Божий,

Надежда мамой стала тоже,

Оформив малыша к себе.

 

Имея смысл, имея цель,

Преобразилась вдруг Надежда:

Лицо, походка и одежда…

В душе звенит весны капель!

 

И, перестав на жизнь ворчать,

В заботах –  надо иль не надо,

На себе мужские взгляды

Надежда стала замечать.

 

Вот так и жили две души,

Две сиротиночки под крышей,

Умны, красивы, как я слышал,

Короче - были хороши.

 

Сначала - ясли, потом - сад,

Потом и школа, как обычно.

(Её окончил он отлично,

Чему был несказанно рад).

 

Вот так прошло 17 лет,

Забрали в армию парнишку,

И, проведя родного Мишку,

Надежда стала ждать привет.

 

Так день за днём, за годом год

Промчались, птицей пролетели.

Вот пишет Мишка, что в шинели

Он скоро в дом родной войдёт.

 

…Под вечер прихватил мороз,

Идёт на смену тетя Надя

В роддом, устало на ночь глядя,

Прикрыв рукой курносый нос.

 

Приходит. Тётка на крыльце,

А то крыльцо – холодный камень,

Сидит, закрыв лицо руками,

Да слезами на лице.

 

«Ты чё сидишь? Сдурела что ль?

Простынешь – «поминай, как звали».

И ноздри Надины поймали

Сивушный запах-алкоголь.

 

Подняв старушечье лицо,

Сказала тётка через силу:

«Пришла я к сыну на могилу».

И указала на крыльцо.

 

«Да ты в порядке? Или - нет?

Что за могила? Что с тобою?»

Но, лишь махнув в ответ рукою,

Старуха продолжала бред:

 

«Он байстрюком был у меня,

Его зачала  с кем - не знаю,

Всю жизнь теперь я проклинаю,

Достойна Божьего огня.

 

Пойти боялась на аборт

И так по дурости грешила.

Родив, жизнь поменять решила.

Потом меня попутал чёрт.

 

Сошлась с одним я мужиком,

Красивый, чёрт! Как на картине…

С ним сладко было на перине,

Но горько было мне потом.

 

Собрался он в далёкий путь:

«Так, мол, и так - бывай здорова».

«А я?» «Ну, едем, коль готова,

Но про сыночка – позабудь!».

 

С ума сошедшая тогда

И от любви, и от спиртного,

Сыночка, милого, родного

Я подкинула  сюда.

 

Я - как во сне была, в бреду,

А ночью с милым укатила.

Сначала хорошо там было,

Потом - и слов я не найду.

 

Меня он бросил через год.

Нашел другую,  помоложе,

И я одна в холодном ложе

Ревела ночи напролёт.

 

Потом, забыв, про стыд и срам,

Назло ему и без причины…

Лишь помню – ресторан, мужчины,

И -  покатилась по рукам.

 

Мне дорого досталась месть,

Ведь я в старуху превратилась,

Потом за голову схватилась -

Билет на поезд – и я здесь…».

 

Закончив длинный монолог,

Устало села, вся в печали.

И долго матери молчали,

Лишь только шелестел снежок.

 

И вдруг как вьюга, как метель,

Как снег летит к Надежде Мишка,

Такой родной, её сынишка,

Аж  развевается шинель.

 

«Ну, здравствуй, мама! Вот и я!»

Обнял, поднял, целуя в щеки,

Красивый, сильный и высокий:

«Ну, здравствуй, милая моя!

 

Ну что ты, что ты плачешь, мать?!

Вот видишь – цел я, невредимый,

Твой Мишка я, сынок любимый…».

Её стал снова обнимать.

 

«Один глаз плачет от любви,

Другой  глаз плачет от кручины,

Что взрослый сын, уже мужчина

Уйдет, хоть ты его зови…».

 

«Куда ж уйду я от тебя,

Коль я пришел из дней разлуки?»-

И целовал ей нежно руки,

Всем сердцем мать свою любя.

 

«Прости, Мишутка, ты меня,

Что скрыла тайну от тебя я,

Ты жил, не ведая, не зная

Аж до сегодняшнего дня…

 

Чтоб всё поставить на места,

Открою тайну, что скрывала,

Да, видит Бог! я не украла,-

Душой и совестью чиста.

 

Как я могла тебе сказать?

Но вот подкралась та минута,

И стало легче почему-то

Скажу, ну а тебе – решать!

 

И коль судьба нас всех свела,

Скажу, что мать твоя родная

Не я, а эта вот, другая…

Такие, Мишенька, дела…

 

Подкидыш ты! И у дверей…

Тебя - в мороз, да на крылечко!

Но билось всё ж твоё сердечко,

И я в роддом тебя скорей.

 

Кусая женские соски,

Ты здесь окреп, подрос немного,

Тебя забрав, сказала строго,

Чтоб прикусили языки.

 

Сыночек! Милый мой! Родной!…»

И обе кинулись, рыдая…

Обнял он мать, что дорогая -

К другой - повёрнут был спиной.

 

Как  в сердце - нож, да в рану - соль

Одна в роддом зашла, но с сыном,

Другая же - в угаре винном

Пошла глушить тупую боль…

 

Да! Что имеем - не храним,

А потерявши – плачем…

А как же может быть иначе?

Жаль, что мы только говорим…

 

                                         07.01.2002

 

            Копи богатство ты в душе

 

Так записано в Книге Великой,

Да оно, может быть, так и есть,

В этой гонке кровавой и дикой

Мы теряем и совесть, и честь.

 

Всё спешим, набиваем карманы,

Затоптав в грязь калек и старух,

Стали жертвою лжи и обмана,

За богатством бежим во весь дух.

 

«А душа? А что это такое?

Это миф! Это блеф! Это вздор!

Ах! Оставь, наконец, нас в покое…».

Вот такой я слыхал разговор.

 

Может быть, да я, право, не знаю,

Только думаю, всё же, не так.

Вот, подумал и вслух повторяю,

Что душою богаче бедняк.

 

В основном – это честные люди,

И на них я равняться готов,

К ним пойду, не шарахаясь в блуде,

До седых и преклонных годов.

 

Верь и ты, мой прилежный читатель,

В своё сердце добро призови!

Так нас учит Великий Создатель

В своей вечной к нам, грешным, любви!

 

                                                       14.11.2001

 

                        Базар

 

Как-то я в рабочий день

Отпросился в город -

Взять больничный бюллетень,

Обещав быть скоро.

 

Я увидел. Боже мой!

Люди, люди, люди.

Ведь среда – не выходной,

Кто ж работать будет?

 

А работы- то и нет,

Всё стоит и чахнет,

Лишь хлебозавод чуть свет

Свежим хлебом пахнет.

 

Все, как муравьи, снуют,

В основном -  глазеют.

Всё, что можно, продают,

В общем, - что имеют.

 

Рыба, дрожжи, лук, чеснок,

Ржавые железки,

Масло, молоко, творог

Поплавки да лески.

 

Продают и мал, и стар.

И товар весь – разный.

Ну, не город, а базар,

Только -  безобразный.

 

Покупай, честной народ!

Вот морковь, капуста!

Око видит - зуб не ймёт:

В кошельке-то пусто!

 

Сапоги, велосипед,

Да к нему педали…

В стороне какой-то дед

Продавал медали.

 

Не хочу его винить,

Просто горько было:

Тяжело голодным жить -

Власть о нём забыла.

 

В душах их нет ничего,

В этом - наши беды.

Жаль, что вспомнят про него

Только в День Победы.

 

Продают и стар, и мал,

Каждый занят делом.

Но, слыхал я и читал,

Что торгуют телом.

 

Да, мораль, сейчас не та,

Нате, что имею,

Лишь бы плоть была сыта…

А душа? Бог с нею…

 

Бог-то с ней! А если - нет?

С ней - и дьявол может.

Значит - темень, а не свет

Душу приворожит.

 

Черти душу унесут,

В липкие взяв руки.

А душе свершит Бог суд:

Рай иль ада муки.

 

Чтобы был в душе покой,

Пусть Бог будет с нею!

Душу-то продать легко,

Выкупить - труднее…

                            

          21.01.2001

 

                     Бомж

В кафе накурено и людно,

В бокалах - пиво и вино,

Дед, отодвинув свое блюдо,

Задумчиво смотрел в окно.

 

В окне - печальная картина.

Противный дождь. Повсюду грязь.

Дедок – большая сиротина.

Короче, бомж – свободы князь.

 

Уж год прошел, как он бомжует,

С тех пор как кинули его.

Устанет где – там заночует,

Ночлег повсюду у него.

 

А кинуло его жестоко

С квартирой ушлое жульё.

Теперь вот, бродит одиноко -

Пропали деньги и жильё.

 

Надеясь на себя и Бога,

В кармах пусто, ни гроша.

Вот так и бродит по дорогам

Дедок -  заблудшая душа.

 

«Свободно дед?». «Садись, свободно!»

Убрал дед блюдо, крошки сдул.

Высокий парень в куртке модной

С бокалом плюхнулся на стул.

 

Гость деда вычислил мгновенно:

«Бомжуешь, дед?». « Да так, хожу.

Бомжую, если откровенно,

Где - полежу, где - посижу».

 

 «Что, по сто граммов? При копейке,

Я угощаю за свой счет».

В бокал плеснул: «А ну-ка пей-ка!»

Потом ещё, ещё. ещё…

 

Проходит час. Хмельные оба,

«Зауважали», наконец,

И – дружба, верная до гроба:

Мол, ты мне - сын, а ты – отец.

 

«А пиво – дрянь!» - сказал «сын» в куртке.

Не лезло пиво, он икал.

Остатки вылил на окурки,

Устало опустил бокал, -

 

«Служил в Германии танкистом,

Вот там пивцо! А как живут!

Везде культурненько и чисто,

Ну «Зеер гут», не то, что тут.

 

 Да лучше б мы под немцем были!

Ты б не носил вот эту рвань,

Баварское б мы пиво пили,

Слыхал, отец? Не эту дрянь!».

 

Слова услышав по-немецки,

Вдруг вспомнил дед, что воевал:

«А ты слыхал плач женский, детский?

Их фриц «культурно» убивал.

 

Да ты - подлец! Ах ты, скотина!

Что захотел! Под немцем жить?

Да мы их гнали до Берлина,

Рискуя головы сложить!».

 

Мгновенно хмель исчез у деда,

Схватил он пачку папирос:

«Досталась кровью нам Победа!

Что знаешь ты? Молокосос!».

 

 «Кому нужна твоя Победа?

Что возомнил ты о себе?

Да ты же за мой счет обедал,

Победа что дала тебе?»

 

Вскипела кровь в груди у деда,

И дед, что назван был отцом,

За тех, кто выстрадал Победу

Бокалом запустил в лицо.

 

Досталось, видно, там и деду.

Шум, звон разбитого стекла…

За тех, кто пал, да за Победу

В другой раз кровь его текла.

 

От гнева помутненный разум,

Противный дождь, сплошная грязь,

И весь в крови, с подбитым глазом

Шагнул дед в ночь – свободы князь.

                                               31.01.2001

 

                              Торг

 

Безумен мир! Жестоки люди!

Куда девалась доброта?

И совесть спит. Её не будит

Тот, у кого душа пуста.

 

А что? Удобно и полезно.

Закрыв глаза на все, живём.

И вот с глубин души полезла

Вся муть, сжигая нас живьём.

 

Врачи, дав клятву Гиппократа,

Сначала смотрят в кошельки,

И, если там лежат деньжата -

Летают, словно мотыльки.

 

А если нет? Твои проблемы.

Захочешь жить – крутись, держись.

И, в продолженье этой темы

Всегда подкинет случай жизнь.

 

Не стану всех врачей порочить,

Но - в каждом стаде есть овца.

Не буду голову морочить,

А расскажу  всё до конца.

 

В каком, неважно, городишке,

И не нужны здесь имена,

Машиной сбил шофёр мальчишку,

Неважно даже - чья вина.

 

Повёз его, переживая,

Скорей к врачам, без всяких слов,

Ведь мог, следы он заметая,

Нажать на газ и - был таков!

 

Но он к врачу его доставил

И рассказал плохую весть,

Но, став рабом жестоких правил,

В ответ услышал: « Деньги есть?».

 

«Спасайте мальчика скорее!

Какие деньги? Боже мой!

Найду вам деньги, как сумею,

Спасайте же! Пока живой!

 

Вот, кой-какая мелочишка…».

Но мелочь врач его отторг,

И, не обследовав мальчишку,

Он начал свой преступный торг.

 

«Да вы готовьте инструменты!

Я деньги все равно найду…».

В залог оставив документы,

«Спасайте!» – крикнул на ходу.

 

«Ох! Сколько крика, сколько шума ...».

И, что-то буркнув, вышел врач.

(Прости, читатель, я подумал,

Что здесь подходит слово « рвач»!)

 

И он увидел в коридоре:

В знакомой курточке лежал…

Предчувствуя беду и горе,

Врач подошёл, нет – подбежал!

 

«Не может быть! Не сон ли это?!»-

Забилось сердце у отца.

Увидел он в полоске света

Любимые черты лица.

 

«Спасти! Скорее! - крикнул разум,-

Ведь это сын! Не кто-нибудь!».

Но, посмотрев, он понял сразу,

Что к жизни сына не вернуть.

 

Боясь и думать об утрате,

Из уст проклятия исторг,

Поняв, что время он потратил

На жалкий и преступный торг.

 

Кто знает? Может быть, минута

Сыграла б значимую роль,

И не терзала бы кому-то

Сердца назойливая боль.

 

Да, жизнь такой сюжет завяжет,

Что не придумает Шекспир,

По справедливости накажет.

Таков закон.  Таков наш мир.

 

С седых времен миросозданья

Когда неправильно живем,

Забыв добро и состраданье,

То – «что посеем, то пожнём».

 

Такой нелепый случай вышел,

Жизнь - всё расставила сама.

А про врача я мельком слышал,

Что будто он - сошел с ума.

 

Вот так. Живем без всяких правил,

Торгуясь жизнью за металл…

К тому, что слышал - не прибавил.

За что купил - за то продал.

                                      21.02.2001

 

                   Птичий  крест

 

Что за сила? Какая нужда

Гонит вдаль их с насиженных мест?

Может - Родина им не нужна?

Может это - нелегкий их крест?

 

Но в природе всё просто всегда.

Дай потомство. Его сохрани…

Перед тем, как придут холода,

Собираются в стаи они.

 

Нам то - что! Не страшна нам зима!

В этом нами решенный вопрос:

В современных добротных домах

Нам не страшен ни зной, ни мороз.

 

И рассек черный клин синеву,

Караван из бродяг, бедных птах,

Чтобы вновь повторить рандеву

В этих дивных и чудных местах.

 

Но печаль в душе дремлет моей,

И не птицы виной – вовсе нет,

Мой рассказ - про жестокость людей.

Я про это узнал из газет.

 

Ночь, луна, тихий шорох крыла,

Встречный ветер чужих дивных стран,

Бросив вызов: была - не была!

Клин летит, а внизу - океан.

 

И редеет в пути караван -

Кто слабей, тот уснул на волне,

Колыбелью им стал океан,

Не вернутся они по весне.

 

Но вожак, выбиваясь из сил,

Вдаль ведет за собой караван,

«Что за сила? – себя я спросил,-

В чем же прелесть чужих дальних стран?».

 

Солнца луч, робкий отблеск зари,

Вот и берег – привал бедных птах.

Внизу люди – («природы цари?»)

Затаились с мешками в кустах.

 

Обезумев от боли в крыле,

Птицы падали в мокрый песок,

Чтобы на долгожданной земле

Отдохнуть да обсохнуть часок.

 

От кустов - человеческий след,

И, пока не прошел птичий шок,

Предвкушая свой сытый обед,

Человек птиц кидает в мешок…

 

Я - не Бог. И судить их -  не мне.

Но людская поругана честь.

Птицу есть. Не спеша, в тишине -

В этом что-то звериное есть.

 

Мир суров. Мир и сложен, и прост:

Поди, знай, что там ждет вдалеке…

Но - летят птицы тысячи верст,

Чтоб в конце - оказаться в мешке…

 

Всё смешалось в натуре моей,

И себя я на мысли ловлю,

Что - чем больше люблю я зверей,

То - тем меньше людей я люблю.

                                          01.09.2001

 

                    О! Мясо!

 

Собрались как-то мужики

Жизнь свою устроить -

Капитализму вопреки

Дом-Коммунизм построить.

 

Но, видно, был плохой цемент,

Иль вором был завтрестом:

Не вышел их эксперимент,

Всё провалилось с треском.

 

И зашатался хилый дом,

И всё в нем зашаталось,

А все, что было в доме том -

То мужикам досталось…

 

И рухнул ночью дом, и вот

С ним рухнули надежды.

Остался нищим весь народ

Без пищи и одежды.

 

И, чтобы как-то дальше жить,

Не зашивать карманы,

Себя, детишек прокормить -

Взялись за чемоданы…

 

Я - как «ромалэ», как цыган,

По всей земле кочую,

Ловлю я ветры разных стран,

В чужих краях ночую.

 

Ведь рыба ищет в донной мгле

Где - глубина побольше,

А я кочую по земле

И… очутился в Польше.

 

Европа! Вот она, Сама!

Культура здесь повыше:

Двух-трехэтажные дома,

Блестят на солнце крыши.

 

Здесь пешеходу путь дадут,

У них - свои законы:

Возле домов то там, то тут -

Зелёные газоны.

 

А на газонах – деревца,

Везде видна забота,

И косят-косят без конца

Газоны по субботам.

 

Они - уверенней живут

В мирке  своём знакомом:

В домах - тепло, светло, уют,

Гараж под каждым домом.

 

Видал бомжей и алкашей

(А где их нет, скажите?),

Но в жизни все-таки своей

Уверен польский житель.

 

Я, в Польше «паном» побывал,

И - не хочу обратно,

Где каждый «быдлом» называл,

Всё ж, «паном» быть -  приятно!

 

Попал на частный я завод.

Хозяин – славный малый -

К  вам с добрым словом подойдет,

Он – человек бывалый.

 

В Бохне он - для всех пример,

Есть у него свой ларчик,

Хозяин – мультимиллионер,

Фамилия – Влодарчик.

 

Он, как и мы. Прошел наш путь,

И он доволен нами.

В Америку -  не отдохнуть

Он ездил – за деньгами.

 

И всем инфляциям назло

Построил без заминки

Завод – с названием – «ИглоО»

По-русски – «Дом из льдинки».

 

«Дом изо льда» - красиво как!

Лед – холодильник – сходство.

Шеф - в холодильниках мастак,

Наладил производство.

 

В Европу, Русь и Беларусь

Всё со складов ушло.

Назвать все страны не берусь:

Везде нужны – «ИглоО».

 

Наш коллектив - из разных стран,

Но все мы здесь – «панове»!

Есть Украина, Казахстан,

И мы (Привет Молдове!).

 

В цехах - уют и красота,

(Кто в первый раз – тот ахнет!),

А в туалетах – чистота,

Дезодорантом пахнет.

 

Станки умнейшие стоят

Компьютерной начинки,

И холодильники – все в ряд

Все – «домики из льдинки».

 

Шеф - спонсор местных детдомов,

И вносит свою долю.

Он закупает фазанов,

Чтоб выпустить на волю.

 

Зверей и птиц здесь берегут:

Фазаны, зайцы, козы

Не улетают, не бегут -

Не чувствуют угрозы.

 

Сидят, тихонько, в стороне -

Пройдешь - и не заметишь!

(У нас же, кажется так мне

Их и в лесу не встретишь.

 

Всех перебили из ружья,

Охотясь без лицензий,

И к нам от птиц и от зверья,

К нам, ЛЮДЯМ, - нет претензий.

 

Они молчат, дрожа в кустах,

Кто - уцелел от бойни,

В глазах огромных ужас, страх,

Но, всё ж, в кустах - спокойней).

 

Здесь -  впечатленье таково,

Как будто мы -  в Эдеме!

(Я, кроме прочего всего,

Вернусь к звериной теме).

 

Наш «магазин», по-польски – «склеп»,

Их «магазин», - наш «склад»,

А «хлеб», что наш, что их, он «хлеб»,

И этому - я рад.

 

У них машина – «самоход».

«Коморка» – наш мобильник,

И вряд ли сразу кто поймет,

Что «гжалка» - кипятильник.

 

Есть в польском много русских слов,

С Украйны, из Молдовы…

(Своеобразный польский плов

Национальной «мовы».

 

И, уловив как раз момент,

Скажу вам для огласки,

Что в Польше «курва» - как цемент,

Как «блин» у нас – для связки).

 

Имеет шеф свои дома,

Больницы, магазины,

Это -  плоды его ума,

Его года, седины.

 

И в доме мы его живем

Гостиничного типа.

Есть газ и душ, живем втроем

Паркетный пол без скрипа.

 

Живём на третьем этаже,

Всё сделано толково.

Я про зверей писал уже,

К ним возвращаюсь снова.

 

Мы как-то с другом в выходной

Ловили лучи солнца.

Сказал друг: «Снова будет зной…».

Я подтвердил: «Горонцо!».

 

«Горонцо!» – жарко. Ну, так вот.

Стоим мы утром рано,

Балкон наш, словно легкий плот.

Плывем среди тумана…

 

Туман, как легкий, белый дым

Ещё внизу клубится…

Эх! Стать бы снова молодым,

Да в детство удалиться!

 

Да пробежаться по росе,

Как в детстве босоногом…

О! Скрой туман печали все!

Напомнил ты о многом…

 

И вдруг воскликнул друг: « Смотри!»,

И показал рукою…

Внизу, в траве, в лучах зари

Я увидал такое…

 

Я - будто получил наркоз…

Увидел я в тумане

Два силуэта стройных коз -

Прекраснейших созданий.

 

Я увидал их не в лесу…

Прекрасные виденья…

Да вряд ли я вам донесу

То сердца умиленье.

 

И, коз, наверно, увидав,

Загавкала собака,

Что в частном доме: «гав!», да «гав!».

А друг сказал: «Однако!».

 

Я вновь увидел красоту,

Чудесное творенье,

Ту козью стройную чету

И Божье вдохновенье.

 

Он был прекрасен, а она -

Красива, как невеста:

И длиннонога, и стройна,

Ей - на картинке место!

 

Но к нам минуточку спустя

Другой коллега вышел.

Не то всерьез, не то шутя

(О! Лучше б я не слышал!).

 

И вынул он из своего

Словарного запаса

Одно лишь слово и всего…

Воскликнул он: « О! Мясо!».

 

Как громкий выстрел в тишине

Раздалось это слово.

И стало как-то гадко мне

От возгласа такого.

 

«Сейчас бы я их из ружья ,-

Добавил он. – Дуплетом!»

«Мы - дикари, - подумал я, -

Голодные при этом…».

 

Как будто дёгтем по холсту

Прекраснейшей картины

Он перемазал красоту

Косули – балерины.

 

Как можно красоту убить!

Снять шкуру, обезглавить,

Сварить, в себе переварить…

Потом  - в кустах оставить…

 

Да, жизнь жестокая пошла,

Черствеют наши души,

Коль столь прекрасные тела

Мы превращаем в туши…

 

… И, будто слыша издали

Словесные угрозы,

Тихонько козы отошли,

И вскоре скрылись козы…

 

Нам до Европы  - далеко.

Ещё - не то мышленье,

Коль сьесть готовы мы легко

Прекрасное творенье.

 

И  - никого я не сужу.

Пишу, что видел как-то.

И вам я просто привожу

Всю достоверность факта.

 

                                      07.11.2008

 

                               Васька

 

Лето. Суббота. Полуденный зной.

Дворик. Обшарпанный столик.

За ним сидит Васька с красивой женой.

Сосед мой. Прическа - «под нолик».

 

«Здорово, соседи!». « Здорово, сосед!

Садись, где ещё погутарим?

Хоть ты - мой сосед, а тебя - словно нет.

А, может, в «костяшки» ударим?».

 

«Да, знаешь, дела. Не управлюсь никак,

То - то надо сделать, то - это…».

«Ну, брат, ты у нас «самаркандский ишак».

Так можно остаться  «с приветом».

 

Дела - надо делать. Да отдых нужен,

Ведь человек - не резинка.

Нам сила нужна и для ласковых жен,-

И он подмигнул – Верно, Зинка?».

 

«Да, ну тебя к черту! Схожу в гастроном»,-

Но губы смеялись у Зинки.

«Возьми-ка «пузырь», и у нас за столом

Устроим делишкам поминки».

 

Остались вдвоем. «Ну, Васек, как дела?

Помочь, может чем?». «Обижаешь.

Конечно, судьбина меня подвела…

Да ты же прекрасно всё знаешь…».

 

Да, знаю. В Афгане сапером он был.

Другим очищал он дорогу,

Чтоб кто-то спокойно ногами ходил,

Да взрывом отрезало ногу.

 

Приехал домой. Хорошо хоть жена

Не бросила, верная Зинка.

Хотел сам уйти, удержала она,

А ночью - в подушку слезинка.

 

Сорвался в запой, что поделаешь тут?

Кричал, что он - полчеловека,

Уйдет, мол, туда, где его не найдут,

Кому такой нужен калека?

 

Потом перестал. И весь как-то обмяк,

Болея душою и телом.

Потом свою волю собрал он в кулак

Да занялся выгодным делом.

 

В моторах машинных он был просто ас,

Из райцентра к нему приезжали.

Починит – машина потом - высший класс.

За это его уважали.

 

Конечно, деньжата потом завелись,

Да сколько их есть - не хватает.

Проблем - как у всех – с головой завались,

Да как их решить? Кто их знает?..

 

… «Хочу заказать я заморский протез…

Лежу по ночам и мечтаю:

Пройтись, как бывало, и к речке, и в лес,

От радости петь, что шагаю.

 

Да только деньжат не могу наскрести,

Уходят деньжата куда-то,

Видать, тяжкий крест так и буду нести,

А бегал так шустро когда-то…».

 

И он замолчал. А потом в тишине

Сказал: « Да, досталось в Афгане.

Как Зинка придёт, так ты  - сразу ко мне!

Пойду-ка закуску сварганю…».

 

Поднялся легко. Взял  свои  костыли,

Шагнул – раз, другой и так далее,

Один редкий след оставался в пыли,

По-моему правой сандалии.

 

Его не сломать ни бедой, ни войной,

Васёк – удивительный парень…

 

«Здорово, Толян, - услыхал за спиной ,-

Ну что? В доминишко ударим?».

 

«А, Витька! Привет! Да в такую жару

На солнце сидеть неохота.

К тому ж собираюсь в свою конуру

Делишки, дела, да работа…».

 

«Что верно, то верно. Я тоже кручусь,-

И он начал ныть да жалеться,-

Работа, шабашка, к тому же учусь,

Права получу в конце лета.

 

Хочу я заморский купить «Мерседес».

Лежу по ночам и мечтаю:

Промчаться по трассе, и к речке, и в лес,

От радости петь, что летаю.

 

Да только деньжат не могу наскрести,

Уходят деньжата куда-то…».

Опять начал ныть, ерунду стал нести

Что жил он неплохо когда-то.

 

И он замолчал. А потом в тишине

Сказал: « Да, была жизнь добрее…».

И что-то противно вдруг сделалось мне,

Хотелось уйти поскорее.

 

И вовремя. Зинка как раз подошла:

«Ну, что? Пойдем, вдарим да ухнем?».

Я плюнул, махнул, и, забросив дела,

Поплелся с ней к Ваське не кухню.

 

                                           07.01.2002

 

      Собачья верность

 

Однажды случилось: в одном городке

По службе пришлось побывать.

На лётное поле пришел налегке,

Билет взял, стал рейс ожидать.

 

Присел я, берёза шумит надо мной,

Достал папиросы «Казбек».

Так пару скурил я, одна за другой,

Подходит ко мне человек.

 

Из местных, наверно, собака при нём:

Овчарка -  хорошая масть.

Глаза - так и блещут холодным огнём,

Красивая, мощная пасть.

 

Присел мужик сбоку и руки скрестил,

Была в них заметная дрожь.

«Курить не найдется?» - с надеждой спросил.

«Ну что ж, закури, коли хошь».

 

Дымком затянулся, глаза чуть закрыл:

«Спасибо!». « Да не за что, брось!».

А пёс в стороне землю лапами рыл,

Как будто зарыта там кость.

 

«Хорошая псина»,- кивнул я на пса.

«И – верный. (Пес уши поднял).-

Во-он,  взлетная, видишь, идёт полоса,

Вот там я про верность узнал.

 

Давно это было. Лет десять назад.

Мой друг тоже здесь улетал…

Летел погостить к сыну он в Ленинград…

Да, здесь я про верность узнал…

 

Имел тоже псину, хороший был пёс.

А умный! Что тот Пифагор.

Он даже ему чемоданчик принес,

Как вижу сейчас до сих пор.

 

И всё суетился, тихонько скулил,

Бросался на грудь, приседал,

Как будто за что-то прощенья просил,

Как будто бы он что-то знал.

 

Прощались обычно. Давай, то да се…

Уж солнце садилось за лес.

Он пса потрепал, тихо буркнул: « Ну, всё!»,

Потом в «кукурузник» залез.

 

Захлопнулась дверь, винт пригладил траву,

Машина рванула вперёд,

И манят её облака, и зовут -

Свободный и быстрый полёт.

 

А сзади - стрелой, словно пуля из ружья,

Рванул со всех ног верный пёс.

Смотрел я, смотрел, и не смог всё же я

Сдержаться – смахнул пару слез.

 

И вот оторвался с земли самолёт.

Пес прыгнул… да тут же упал.

Недолго его продолжался полет,

Что тянет земля  - он не знал.

 

Стемнело. Я ждал, но напрасно, видать.

Побрел потихоньку домой,

И слышалось мне, да и как не слыхать!

Протяжный и жалобный вой.

 

Наутро я снова вернулся туда,

Где в воздух нырнул самолёт.

Пёс тихо лежал, и я понял тогда:

Без друга - домой не пойдёт.

 

И -  правда. Прошло много дней и недель,

Из месяцев выткался год.

Была и жара, и дожди, и метель,

А он все встречал самолёт.

 

Что ел он, что пил, то не ведомо мне,

Но стал он худющий и плох.

И долго лежал он в траве, в стороне,

От горя собачьего сдох.

 

А друг  мой погиб. Утонул он в Неве,

 И тело его не нашли….

А там - бугорок, еле виден в траве,

Пойдем, покажу». « Ну, пошли».

 

Мы долго стояли над тем бугорком,

Молчали, склонив седину…

Трава разыгралась с шальным ветерком…

Я молча «Казбек» протянул.

 

 И вот самолет мой поднялся с травы,

Оставив дымок позади…

Я помню, тогда, не поверите вы -

Мне что-то кольнуло в груди.

                                                                                                               26.02.2000

 

           Равнодушие

 

Летнее утро,

Аллейка пуста,

Кто-то кому-то

Стрекочет в кустах.

 

Может, сорока,

А может - и нет…

Слышен далёко

Певучий привет.

 

Утренний воздух

Прохладен и чист,

Испив росы воду,

Дрожит тёмный лист.

 

Солнце с постели

Поднялось уже

Радостно в теле

Согретой душе.

 

Возле аллейки,

Ну, в двух шагах,

Сидел на скамейке

Мужчина в очках.

 

Держался рукою

В тревоге за грудь:

Да что же такое -

Никак не вздохнуть!

 

Сердце сдавило

Тисками в груди, -

И раньше так было,

Терпи, пережди.

 

«Конечна веревка -

Слыхал я молву»,-

И тело неловко

Упало в траву.

 

В глазах засверкали

Все краски огня,

Лишь губы шептали:

«Спасите меня!».

 

А мимо беспечный

Проходит народ:

«Напился сердечный,

Проспится, пройдёт…».

 

Старушка брезгливо:

«В такую вот рань!

Фу! Как некрасиво!

Скотина и пьянь!».

 

Вот так пролетело

Четыре часа,

Умчалась из тела

Душа в небеса…

 

Но вот кто-то вызвал

Врачей среди нас.

Машина на вызов

Пришла через час.

 

Колеса скрипели

В крутом вираже,

Но нет, не успели

И поздно уже.

 

Машина умчалась,

Затихли гудки.

Толпа рассосалась,

Лишь только очки

(В траве, как ни странно,

Никто не нашёл).

Смотрели стеклянно

На тех, кто прошел.

 

Прошел равнодушно

Беспечный народ,

Становится душно -

Жара ход берет…

 

Замолкла возня,

Птичий гомон в кустах,

И вот с полудня

Вновь аллейка пуста.

 

Пуста, как глаза

Тех, кто мимо прошел…

Ведь я не сказал:

Те очки - я нашел…

.                        21.03.2000

 

                         Окошко

 

Сидят у окошка старушка и кошка.

Смотрят на мир, а в глазах  - пустота.

Им бы поесть, хоть чего-то, немножко…

Кошка мурлычет, завидев кота.

 

Дед выкинул номер, да давеча помер,

Два сына погибли в Афгане в бою.

Тихо и сыро в старушечьем доме,

Старушка ворошит кручину свою.

 

Ей тяжко досталось: родных не осталось

Ни близко, ни дальше, считай – сирота.

Ей хлеба с картошкой, хоть самую малость,

А кошка -  знай, смотрит на Ваську-кота.

 

Не ходят уж ноги по скользкой дороге,

Подружек забрала «косая» к себе,

А дни пролетают в тоске и тревоге,

Да ветер бормочет уныло в трубе.

 

Стоит у дороги домишко убогий,

И крыша прогнулась, да мхом поросла.

Старушка с трудом постоит на пороге:

Не те уже ноги, такие дела…

 

Порою от скуки в шершавые руки

Возьмёт узелочек, а слёзы текут…

Погладят медали старушечьи руки -

Мужчинам - за подвиг, ей лично - за труд.

 

Трудилась, старалась, да вот что досталось,

И в поезде жизни – места ей нет.

Не села в него – на перроне осталась,

Видать, не хватило деньжат на билет.

 

И в спешке обычной дорогой привычной

Прохожий задумчиво мимо пройдёт.

Никто не заглянет, лишь друг закадычный -

Кот Васька-бродяга сюда забредёт…

 

Сидят у окошка старушка и кошка,

Сидят, дожидаясь вдвоем темноты.

Старушка откроет тихонько окошко:

«Иди, погуляй, поживи-ка хоть ты».

 

                                                               29.11.1999

 

 

  1. ЛЮБОВЬ

 

                   Что поделать?

 

Что поделать с собой?

Оглянувшись назад,

Я в дали голубой

Твои вижу глаза.

 

Плавный взмах крыльев птиц

В брачном танце самцов -

Это трепет ресниц,

Что щекочут лицо.

 

Ивы нежные струи -

Это - пряди волос.

Нежный твой поцелуй -

Что-то в сердце зажглось.

 

В жилах кровь-кипяток,

В сердце - пряная боль.

Кто  подскажет мне, кто,

Что мне делать с собой?

 

Знать, амура стрела,

В тишине прозвеня,

Тихо в сердце вошла,

            Больно ранив меня…

 

ПОДРАЖАНИЕ ПУШКИНУ

 

« Я Вам пишу, чего же боле,

Что я могу ещё сказать?»

(А.С. Пушкин).

 

Я Вам пишу. В моем посланье -

Любовь и боль. И страх, и страсть.

Молю лишь только о свиданье,

У Ваших ног готов упасть.

 

О, как посмел я, жалкий нищий,

Студент, считающий гроши,

Зажечь любовь на пепелище

Моей  истерзанной души!

 

От суеты устав, запарки,

Суетной жизни, бытия,

Сидел я чинно в тихом парке,

И там Вас вновь увидел я.

 

Вы шли походкой непорочной,

А, может, было все не так?

Мне показалось: вы нарочно

Чуть-чуть замедлили свой шаг.

 

Мы взглядом встретились. О, Боже!

Любви огонь обжёг меня.

Обжёг, но холодом по коже

Прошёл озноб в истоме дня.

 

Я Вам пишу в порыве страсти,

О. только не пугайтесь Вы.

Меня отвергнуть - в Вашей власти,

И, может, - будете правы.

 

Я буду ждать на том же месте,
О встрече Бога я молю,
Вы только правильно всё взвесьте.
О Боже! Как я вас люблю!

 

 Цвело, цвело по всей Земле…

 

Цвело, цвело по всей Земле

Во всех пределах,

Я от весны навеселе

Был то и дело.

 

Вдыхал я воздух и пьянел:

О! Чудный запах!

И солнца диск вдали краснел,

Упав на запад.

 

Тянуло нас в лесную глушь,

В цветы и в травы.

И хмель вползал в сердца, как уж

Любви-отравы.

 

И не владели мы собой,

Любви отдавшись,

Шепча слова наперебой,

Чуть отдышавшись...

 

За наши грешные дела

Весна ответит…

Она пришла, любовь пришла,

И солнце светит.

 

Цвело, цвело по всей Земле...

Мне Бог – помог!

 

   Клятва

 

В ночном  купе висит колесный стук,

Печаль и радость загоняя в душу.

Прости, мой старый, мой хороший друг,

Я нашу клятву все-таки нарушу.

 

Клялись мы в дружбе на крови…

О! эти милые вы, заблужденья  детства!

Что знали мы о трепетной любви?

Ведь - никуда нам от любви не деться…

 

Клялись мы не жениться никогда,

Косички дергали девчонкам на уроке,

Но -  пролетели юные года,

Всё перепутав в клятвенном зароке.

 

А поезд мчит. Его свободен путь.

Меня уносит вдаль в ночи глубокой.

Под простыней видна тугая грудь

Моей подруги, милой, синеокой.

 

Она мне будет другом и женой,

Сам Бог в моей судьбе нашел ей место,

И не желаю я себе судьбы иной,

Коль рядом друг, любимая, невеста.

 

В ночном купе висит колесный стук,

Печаль и радость загоняя в душу.

Печаль о том, что там остался друг,

А радость в том, что клятву я нарушу.

 

                     Прости…

 

В руке - телефонная трубка,

И палец к семерке  прилип,

Вновь робость – противная штука  -

Любви моей чертит изгиб.

 

Вчера мы опять поругались.

Я был непреклонен и горд.

Без слов, как чужие, расстались,

Ушел я надменно, как лорд.

 

Мальчишка! Чего я добился?

Брожу, словно в царстве теней.

Я, кажется, крепко влюбился,

Коль думаю только о ней.

 

Сомненья, терзанья и вздохи -

Таков мой печальный удел.

Видать, в этом переполохе

Я счастье свое проглядел.

 

О, робость! Ужасная штука!

Но - силы мне надо найти.

В руке - телефонная трубка:

«Люблю,-  я скажу, - и прости…».

 

                                                                               31.10.2006

 

                  Сон

               Зацелую допьяна, изомну как цвет…

                               (С. Есенин).

 

Как у речки нашей

Да на берегу,

Со своей Наташей

Я лежу в стогу.

 

Сладко пахнет сено

Из душистых трав,

На колени села

Ты, меня обняв.

 

У реки – прохлада,

Над рекой – луна.

Шепчешь ты: «Не надо…»,

Показалось: « На…».

 

Тихо шепчет ива,

Ты - в моих руках,

И луна стыдливо

Скрылась в облаках.

 

Сладким поцелуем

Мы с тобой слились,

Стонем и воркуем,

Продолжая жизнь.

 

Сладкая истома…

Эх! Один ответ!

Усидишь ли дома

В восемнадцать лет?

 

Как же ты прекрасна,

Женщина моя!

При луне так ясно

Тебя вижу я.

 

Бабий я угодник,

Что хотел – сбылось:

Глажу треугольник

Бархатных волос.

 

…Я проснулся дома

На рассвете дня,

Сладкая истома

В сердце у меня.

                                              14.11.2006

 

      Ну, вот и всё…

 

Ну, вот и всё. Все сожжены мосты.

Мы - как чужие на прощальной встрече.

Снег падал на деревья и кусты,

На нас с тобой. На головы, на плечи…

 

Как много мне хотелось бы сказать!

Боялся: не сдержусь, тебя унижу.

Хотел тебя презреньем наказать,

Но в этом смысла я уже не вижу.

 

Фальшивые улыбки и слова,

Твой нервный смех и беглый взгляд с      испугом…

Так неужели же верна молва,

Что ты мне изменила с моим другом?

 

А время разлучало нас с тобой,

Я  - дальнобойщик. Такова работа.

Разлукой проверяется любовь,

И должен ждать, любя, кого-то кто-то.

 

Ну, вот и всё! Все сожжены мосты.

Лишь только сердце потихоньку ноет…

Сама с собою остаешься ты.

А я – уйду. И снег следы закроет.

                                                                22.12.2006

 

         Ночь

 

Речка быстрая журчит,

Слышен лай собак,

Песня тихая звучит -

Хорошо-то как!

 

На высоком берегу

Я сижу с тобой,

Расскажу я как могу

Про свою любовь.

 

Накатила как-то вдруг

Незаметно ночь,

Может быть, сплетенье рук

Сможет мне помочь?

 

И тепло твоей руки

Мою греет кровь,

Расскажу я у реки

Про свою любовь.

 

Но робею, как всегда,

Да в груди стучит…

Внизу - темная вода

В заводях журчит.

 

Слово нужное ловлю,

Но иссяк запас,

Боже! Как же я люблю!

И скажу сейчас.

 

Всё само произошло,

И под шорох струй,

Помню губ твоих тепло,

Сладкий поцелуй.

 

Об одном тебя молю,

Чувства не тая:

Ты люби, как я люблю,

Милая моя!

 

Улетело время прочь,

Вот и рассвело…

Я запомню эту ночь,

Губ твоих тепло.

 

Где ты, милая моя?

Встретимся ли вновь?

На всю жизнь запомнил я

Первую любовь.

                                     17.09.2001

 

 

          Любовь

 

«Что такое любовь?» -

Я спросил сам себя. -

«Это - радость с тобой,

И печаль без тебя…

 

Её знает любой,

Кто любил и страдал,

Кто за эту любовь

Свое сердце отдал».

 

«Может, это - обман?

Может, это - болезнь?

Может - сладкий дурман

В моё сердце залез?

 

Это -  выстрел-бросок

Вмиг опущенных глаз.

Это - жизненный сок,

Что питает всех нас.

 

Это - шорох листвы,

Это - шёпот ручья,

На перине травы

Сладость слов: «Я – твоя...».

 

Это - слёзы и смех,

Это - сказка и явь.

Игры нежных утех,

И любовных забав.

 

Это -  тишь, это -  крик,

То - чего не забыть.

И юнец, и старик

Тоже могут любить.

 

Это – руки, как плеть,

Это - сила в руках,

И - желанье иметь,

И - потерь вечный страх.

 

Это - яд и полынь,

Это - сахар и мед,

Плен рабов и рабынь…

(Кто любил, тот поймет).

 

Это - войны людей,

Это - жертвы и кровь.

Взлёт прекрасных идей -

Это - тоже любовь!

 

Это - робкий испуг,

Это - вечность и миг,

Это - замкнутый круг,

Лабиринт и тупик.

 

Это - дни перемен,

Обновлённая кровь,

 Это - горечь измен,

Это – ПРОСТО ЛЮБОВЬ.

 

Это - всё, что вокруг,

И - в душе пустота.

Но запомни, мой друг:

Мир спасет КРАСОТА!

 

КРАСОТА И ЛЮБОВЬ!

Этот вечный союз

Воспоют вновь и вновь

Торжество брачных уз.

 

Это - то, что никто

Толком не объяснит,

Это кровь-кипяток

И вино, что пьянит.

 

Её можно порвать,

Словно тонкую нить,

Да, в каких же словах

Мне её объяснить?

 

Нет, не стоит рядить

Пирамиды из слов!

Просто надо ЛЮБИТЬ,

Верить в сказку из снов…

 

                                    07.03.2001

 

         Женщине

          (тост)

 

Чего желаешь ты себе, любимой,

Того желаю я тебе вдвойне:

Загадкой будь для нас необъяснимой,

Желанной сладкой негой и томимой,

И нежной песней на FM волне.

 

Единственной будь ты, неповторимой,

Будь поцелуем сладким в тишине,

К любви приговорённой и судимой,

Рабою быть любви, любви - не мнимой,

Любимой и счастливой быть вполне.

 

Будь чуткой, нежной ты, но не ранимой,

Принцессой будь ты в жизни, не во сне,

Любимой будь ты Богом и хранимой,

Звездою  яркой будь, неугасимой,

В космической, небесной вышине!

                                                        07.03.2009

 

     Свадебный тост

 

Бродит осень во дворах,

Листья срывая с берез.

Дочку, будто вчера

Я из роддома привез.

 

Школа, книги, портфель,

Отшумел листопад,

То - зима, то – капель,

А года всё летят.

 

Юность и красота,

И - амура стрела,

Белым снегом фата

На причёску легла.

 

Светит счастьем лицо,

Впору “горько” кричать,

А на пальце – кольцо,

Словно клятвы печать.

 

Как елей для души,

И как счастья залог

Пусть к влюбленным в тиши,

К вам опустится Бог!

                                    06.06.2009

 

 Аглая

 

Чудным светом засветились звёздочки, моргая.

По порядку в имя слились,

имя то - Аглая!

Ветер кинул лист на крышу,

ветками играя.

В шуме ветра имя слышу,

имя то - Аглая!

 

Шелестит березка в поле,

Косы заплетая.

Показалось поневоле –

Это же - Аглая!

 

Книгу добрых дел взял. Боже!

Книга не простая.

Вывел имя осторожно,

Имя то – «Аглая»!

 

Думаю всегда на ложе,

Ночью засыпая:

«Пусть тебя хранит наш Боже! Милая Аглая!».

 

23.05.2013

 

 

  Старый клён

 

 

Кленовый лист упал мне на плечо,

И, отдохнув, с попутным ветром снялся.

Меня ты целовала горячо

И я тогда в любви тебе признался.

 

Мы здесь бродили, листьями шурша,

Под клёном мы сидели на скамейке,

        И пела гимн любви моя душа,

        Когда бродили по пустой аллейке.

 

О, клён кудрявый! Что же ты молчишь?

Ты не молчи, поговори со мною.

И мне в ответ ты лишь листвой шуршишь

Ты, как и я, уж тронут сединою.

 

Ты расскажи, мой клён, напомни мне,

Ты ведь свидетель наших встреч, свиданий,

Ты видел поцелуи при луне

И слышал шорох слов моих признаний.

 

Всё шелестишь, играя с ветерком?

Я под тобой сижу один, дремаю.

Ты говоришь кленовым языком,

Но я его, увы,  не понимаю...

 

Ушли года неведомо куда,

Оставив мне одни воспоминания.

Как молоды мы были все тогда

И находили время на свидания!

 

Ну, что ж, пора! Прощай, мой старый друг!

Уже прохладно мне, и ломит плечи,

И на душе тоскливо стало вдруг.

Пожалуй, я пойду. До скорой встречи!

 

21.08.2014

 

В тени под каштаном….

 

Я стоял у перрона. И поезд свой ждал.

Ты сидела в тени под каштаном.

Я стоял и смотрел. Ах! Чтоб он опоздал!

Я хотел быть с виденьем желанным!

 

Я такой красоты, где живу – не видал!

Что деревня: три бабки, два старца…

Длинный локон волос на плечо ниспадал,

Мне хотелось с тобою остаться!

 

Я смотрел на тебя. И был солнечный день,

Клумбы были водою политы.

О чём думала ты? Тебя спрятала тень,

И глаза твои были закрыты…

 

Вмиг, мечта унесла меня в синюю даль,

Где любовь! Там, где счастье и нега…

На лице твоем вдруг я заметил печаль,

Цвет лица – наподобие снега.

 

Познакомлюсь с тобой. Телефон попрошу.

А потом - как мне сердце подскажет.

Разберусь сам с собой. Утрясу и решу,

Время - мудрый учитель, покажет.

 

Что-то было не так. Я не понял тогда,

Но душа моя пела без фальши.

Шли транзитом на дальних путях поезда,

Скоро мой подойдёт. А что дальше?

 

Я уж было решился к тебе подойти,

Прикоснуться рукой, убедиться -

Что ты - явь, а не сон! И тебя мне найти

Приказала судьба. И влюбиться!

 

Но к тебе подошёл и сел рядом с тобой

Крепкий парень, играющий силой.

Ревность птицей взвилась! Сердце стиснула боль…

Как же так?! Третий лишний – твой милый!

 

Как теперь всё отдать, то, что выдумал я!

Мной придуманный карточный домик.

Ты хозяйкой была. И была ты моя!

У камина листала свой томик…

«Что, сестренка? Вставай. Потихоньку пойдём,

Через пару часов будем дома!».

«Это брат!» – Промелькнуло в сознанье моём,

Вновь по телу разлилась истома…

 

Я уже ревновал! Не сошел ли с ума?!

И вернусь ли, с мечтою взлетая?!

Я увидел, о ужас! Ты шла не сама…

Тебя брат вёл! Да ты же слепая!!!

 

… Будто ветром задуло в душе уголёк,

Что мечтал он, костром разгореться!

Я с мечтою упал! И себя я рассёк,

И разбил на куски своё сердце…

 

Почему в жизни так? Это - вечный вопрос

В этом мире - жестоком и странном.

Видел я, проезжая и в зной, и в мороз:

Ты сидела в тени, под каштаном…

 

07.06.2013

 

За рекою

За рекою, за рекою,

Где бродили мы с тобою,

Заросло всё дикою травою.

Время птицей пролетело,

И тропинка опустела,

И снежинка на березку села.

 

Где же ты, моя родная?

Тебя вижу, засыпая.

Не дышу, твой номер набирая.

На душе такая смута:

Номер занят почему-то

И как вечность тянется минута.

 

Может, кто-то с тобой рядом

Прожигает тебя взглядом?

Ох, любовь! Ты стала горьким ядом.

Я люблю тебя, ревную,

И, наверно, не усну я,

Помня сладость поцелуя.

 

А твой номер снова занят…

Моё сердце - не обманет,

И меня к тебе всё больше тянет.

Да, любовь такая штука,

Это – счастье, это – мука

И порою – долгая разлука.

 

Время птицей пролетело,

И березка пожелтела,

Под которой ты мне песни пела.

Клёны, ясени, берёзы

Листьями роняли слёзы

И засыпали все мои грёзы.

 

 

Далеко мы друг от друга,

Заметёт вокруг всё вьюга.

Где же ты любимая подруга?

Белый снег на речку ляжет,

С речкой разговор завяжет,

О моей любви к тебе расскажет.

 

14.04.2014

 Прощай

 

Ты сказала мне:  «Прощай!»,

И, не тронув в чашке чай,

Резко встала и ушла,

Не оглянувшись.

 

И сижу я сам не свой,

Но всё слышу голос твой,

Как сказала ты «прощай»,

Чуть улыбнувшись.

 

Я надеялся, что ты

Не разрушишь те мосты,

Что меж нами пролегли,

Считал – навечно.

 

Ты - другому отдалась.

Деньги, всё ж, имеют власть,

Но тебе я не какой-то

«Первый встречный»!

 

Слышал я: приятель твой -

«Новый русский» и крутой,

И что был он для тебя

Всегда примером.

 

Он уехал по делам,

Прокрутился где-то там,

И приехал он сюда –

Миллионером!

 

Так уж вышло! И, как знать, 

И ему не занимать

Цепкой хватки деловой

И простой сноровки.

 

Да, я время упустил…

Но я где-то не гостил.

Просто был в очередной

Командировке…

 

27.05.2013

  

             Я вернусь

      Дождь стучит в окно. Ну и пусть.

Мне уж всё равно. В сердце грусть.

Телефон молчит, как немой.

Мысль к тебе домчит по прямой.

Я хочу с тобой рядом быть.

Успокоить боль и забыть.

     Может я не прав? Ты прости.

     В гущу сочных трав отнести

     Я хочу тебя, и вдвоём

    Выпьем мы, любя, -  водоём!

    Водоём любви. Воспоют

    Пташки – соловьи наш приют.

    Я построю вновь те мосты,

   Что ведут в любовь, там, где ты.

   Только попроси. Я клянусь

   Я возьму такси, и вернусь!

 

 

Молдованочка

 

Распахнули двери для гостей сады,

И фруктовый льется аромат.

Прославляют птицы мир не все лады:

«Угощайтесь, люди, стар и млад!».

 

И тропою узкою и длинною

По траве с росою, словно град,

Молдованочка идет с корзиною

Собирать янтарный виноград.

 

Пой, моя гитара шестиструнная,

И наполню я вином бокал.

Спой про то, как этой ночью лунною

Молдованочку я поцеловал.

 

Нежная моя ты и хорошая,

И я каждой встрече нашей рад.

Гроздь сорву и осторожно брошу я

В ту корзину сладкий виноград.

 

За холмами солнце всходит медленно

И лучами согревает нас.

Из травы для нас постель постелена

В этот тихий, в этот ранний час.

 

Я давно мечту свою вынашивал,

И у нас уже всё решено.

К свадьбе мы из винограда нашего

Сделаем душистое вино.

 

07.09.2016

 

  1.     ВОПРОСЫ

 

    Круг

 

Я к друзьям приставал:

То шутя, то всерьез,

Я им всем задавал

Интересный вопрос:

 

«Мы живем, чтобы есть?

Иль едим, чтобы жить?

Разбери эту смесь

И попробуй решить».

 

Кто шутил, кто смотрел

Так, как смотрят на свет,

Но никто не сумел

Дать мне ясный ответ.

 

Я решил сам себе,

Что едим мы, чтоб жить,

Чтоб в нелегкой борьбе

Свое счастье сложить.

 

Чтоб, сгорая дотла,

В свою душу вложить

Все благие дела -

Вот тогда - стоит жить!

 

Чтоб ваять, чтоб творить,

Чтоб оставить свой след.

След…  Но - не наследить -

Вот такой мой ответ.

 

Но поставлены мы

В стойло дойных коров:

Получив жизни жмых,

Отдаем – будь здоров!

 

Было сказано ведь:

«Трудом хлеб свой добудь!»

Наша жизнь – круговерть,

Про творенья - забудь!

 

От мирской беготни

Нам недосуг творить,

Суета - наши дни,

Эх! Да что говорить!

 

Вот прикинь ты и взвесь:

Все мелькают вокруг -

Есть - чтоб жить, жить чтоб есть.

Замыкается круг.

 

Взяв у жизни заём,

Укротив свою спесь,

Мы, выходит, живём,

Для того, чтобы есть.

 

Как бы нам в суете

О душе не забыть!

Ведь в её чистоте

Жизни смысл, стало быть!

 

Я и сам всё спешу

Хлеб добыть, как смогу:

Эти строчки пишу

На ходу, на бегу.

                                07.05.2000

 

    Вопрос

 

Я вопрос в себе ношу

С самых детских лет,

Да никак всё не решу,

Не найду ответ.

 

Кто я? И куда иду?

И зачем пришёл

В этот мир сует и дум?

Что я здесь нашёл?

 

Может, что-то потерял?

Кто мне даст ответ,

Кто дал право матерям

Нас рожать на свет?

 

Кто спросил, хочу ли я

В этом мире жить?

Что такое - жизнь моя? -

Мне кого спросить?

 

Для чего же все мы здесь?

И куда идём?

Наших дней суетных смесь -

Жизни водоём.

 

Раз родились мы на свет,

Значит - нужно так.

Вереница наших лет

В космосе – пустяк!

 

Я уже давно созрел,

На закате лет,

Много в жизни я узрел,

Дать хочу совет.

 

Раз назначено судьбой

Этот путь пройти -

Не оставь ты за собой

Мусор на пути.

 

Честным будь, не укради,

Ближнего любя,

И, я верю, впереди

Радость ждет тебя.

 

И - спеши творить добро!

Против зла ты спорь,

Ведь добро, как серебро,

Исцеляет хворь.

 

Не стыдись любви своей

К Богу и к другим,

Если другу тяжелей -

Другу помоги!

 

Дом построй и посади

Деревце, любя.

И, я верю, впереди

Счастье ждет тебя.

 

Человеком будь всегда,

Чтобы вновь и вновь

Пронести через года

К Господу любовь.

 

Испытанье нам дано,

Видимо, пройти…

Пожелаю я одно:

Не сверни с пути!

 

                                   20.03.2000

 

     Почему?

 

Почему всё не так,

Как хотелось бы  мне?

Бросил жребий. Пятак -

Не на той стороне.

 

Стало всё вкривь и вкось,

Ушла сила из рук,

Стал я жить на  «авось»,

И ушёл лучший друг.

 

Почему всё не в лад?

Что-то масть не идет,

И себе я не рад,

И устал от забот.

 

Что-то щёлкнуло вдруг

В «механизме» моём,

Словно замкнутый круг,

И проблем – водоём.

 

Просто там, «наверху»,

Нашу веру забрав,

Те, чьё «рыльце в пуху»,

Нас лишили всех прав.

 

И лежит тяжкий груз

На народных плечах,

Тех, кто «резал» Союз

В девяностых годах.

 

За забором стоит,

Как дворец, особняк,

За забором рычит

Толстый пес на дворняг.

 

И мне больно смотреть,

Как старушка бредёт,

Словно жертва на смерть,

И вот-вот упадёт.

 

И бредёт в новый век,

Мимо ярких огней,

Мошкарой - мелкий снег

Вьётся в танце над ней.

 

Спину гнула - за что?

Руки – твёрдая мозоль,

Под невзрачным пальто

В сердце спит её боль…

 

Всё бредёт, не спеша,

Не нужна никому,

В напряжении душа,

А в глазах: «Почему?».

 

Больно мне, хоть ложись,

На всё это смотреть!

Как улучшить ей жизнь?

Ну, хотя бы на треть…

 

Каждый - сам по себе.

Что стряслось? Не пойму.

Покорились судьбе?

Почему? Почему?

Всё - в огне да в дыму,

Скрылись все в свой футляр,

И своё «Почему?»

Я твержу, как школяр.

 

Ну а дальше-то что?

Страшно мне одному.

Кто ответит мне, кто?

На моё «Почему ?»...

                                                         07.12.2001

 

 

 Кукушка

 

В предвечерней тишине

Слышится: ку-ку

Сколько лет осталось мне

На моём веку?

 

Сколько покорить вершин

И пройти дорог?

Знает только Он один -

Всемогущий Бог!

 

Знает Он про всё и всех,

Он - как луч из тьмы.

Это Он прощает грех,

Если просим мы.

 

Покаяния слеза

По щеке течёт

Счастьем светятся глаза

И окончен счёт.

 

Счёт грехам и блудным дням,

Блудной жизни той,

Ты прости, прости меня,

Душу успокой.

 

Что кукушка ты молчишь?

Иль забыла счет?

Прогони лесную тишь

Прокукуй ещё.

 

Да уж ладно. Хватит мне

То, что насчитал,

Я хочу, чтоб не во сне

Бог меня застал…

 

Ох! Не рви сердечко мне

Ты своим: «ку-ку»!

Спи спокойно в тишине

На своём суку.

 

07.01.2011

 

 

  1. ФИЛОСОФИЯ

               Рыбаки

 

Течет река издалека,

В ней - человечье племя.

И широка, и глубока,

Реки названье «Время»!

 

Есть у неё два бережка,

Две пристани, две суши.

На них сидят два рыбака

И ловят чьи-то души…

 

На берегу крутом – гора.

Гора покрыта пеплом,

А в той горе внутри – жара:

Огонь, и дым, и пекло…

 

На берегу нет ни цветов,

И нет травы там даже.

В горе есть дверь, на ней засов

И старый черт на страже.

 

            Ждет он, когда придёт Тот День

И Божий Суд свершится.

Откроет дверь, мелькнёт, как тень,

И тут же испарится.

 

И в эту дверь влетят тогда,

В дверь, что в горе, на суше,

После Великого Суда,

Как птицы, чьи-то души…

 

Вода грехом заражена.

Сидит рыбак и ловит,

А его имя – Сатана,

Проклятье в каждом слове.

 

Всё ловит души Сатана

Из той речной пучины,

И леска - хитро сплетена

Из крепкой паутины.

 

И прочно держит Сатана

Удилище из змея,

Ему, как Богу, власть дана,

Права  ловить имеет.

 

На леске - острые крючки,

Чуть что – считай, пропащий!

На них -  приманки-червячки,

Один другого слаще.

 

И в мутной той речной воде

Висят крючки-капканы.

Они - кругом, они – везде,

И так порой желанны…

 

И манят нас те червячки,

Как мотыльков  - на пламя,

Рвут душу острые крючки

И властвуют над нами.

 

На тех крючках – разврат и ложь,

Наркотики и пьянство,

В руках маньяка острый нож,

Любовь к деньгам, мещанство.

 

На них - измена. И набор

Всех низменных желаний.

Глотаем их, как приговор,

Под ропот оправданий.

 

Кто - глупой плоти своей раб,

Не зная свою меру,

Беспечен, и, - кто духом слаб,

Утратил Божью веру,

 

Глотают страшные крючки,

Святой Завет нарушив.

Горят у Сатаны зрачки,

В руках трепещут души…

 

Рыбалка нынче удалась:

Прут души – косяками.

И Сатана, собой гордясь,

Хватает их руками.

 

И устремился душ поток

В нежданную обитель -

В рыбацкий Сатаны садок -

Душевный накопитель.

 

Гноится черная вода,

Ждут души приговора.

Они ждут страшного Суда,

Который будет скоро…

 

И в дверь влетят они тогда,

В дверь, что в горе, на суше,

После Великого Суда -

Как птицы, чьи-то души…

 

Но, кто успел, пока был жив,

В грехах признаться Богу,

В молитвах сердце обнажив, -

К Нему найдет дорогу!

 

И пролетит его душа

На ту, другую, сушу,

Над страшной дверью, не спеша.

И - примет Бог ту душу…

 

Другой, пологий, берег – чист.

Травы ковер зелёный,

Роса, упавшая на лист,

Как жемчуг, обрамлённый.

 

Здесь птицы райские поют,

В траве пасутся звери,

Здесь Богу душу отдают

Все те, кто Богу верит…

 

На берегу сидит рыбак

На той, зелёной, суше.

Он нынче занят, как-никак

Он ловит чьи-то души…

 

Их собирает Он пока…

И душам здесь не тесно.

Святое Имя рыбака –

Сам Бог! Отец Небесный!

 

В руках не удочка, не сеть,

Он - Библию листает…

Решил Он Книгу просмотреть,

И  -  души принимает…

 

Скользят по строчкам вниз зрачки,

Дугой вверх выгнул бровь,

Он в воду кинул не крючки -

В Его Реке – Любовь.

 

Вода в реке разделена –

На две реки похожа:

Где тёмная – там Сатана

Где светлая - там Боже!

 

Вода - прозрачна и чиста -

Всё просто - без обмана.

В воде - Любовь и Доброта,

И нет крючков – капканов…

 

Кто в эти воды заплывёт -

Приобретёт здесь много,

И душу здесь свою спасёт:

Она  - коснется Бога!

 

Бог душу ласково возьмёт,

Погладит, успокоит,

Что есть в ней – в книги занесёт

И в свой приют устроит…

 

Для душ здесь временный приют:

Пасутся звери мирно,

Здесь песни ангелы поют,

Волшебный запах смирны.

 

Читает Бог, шуршат листы,

Любовь нам источая,

И души, коль они чисты,

Влетят под своды Рая…

 

Течет река издалека…

На берегах два рыбака…

Бежит река, гудит вода!…

Ждут души Божьего Суда…

                                             14.12.2008г.

 

 

           Две сестры

 

 

Жила-была жизнь и две дочки при ней,

Они до сих пор еще живы.

Живут среди нас, таких разных людей:

И добрых, и честных, и лживых.

 

Сестрички рождались на свет каждый раз,

 Когда люди молвили слово.

Одна из них била не в бровь - прямо в глаз,

Порою  жестоко, сурово.

 

И люди порой не любили её,

Не верили ей, прогоняли.

Она усложняла житьё-бытиё,

Её даже знать не желали.

 

Она неудобной и страшной была,

По тюрьмам порою сидела,

Вскрывала людские лихие дела,

И били её то и дело.

 

Она - как нежданный, непрошеный гость -

Всегда появлялась некстати.

Порой, принося к ним и беды, и злость

И страшную весть об утрате.

 

Бывала хорошей она иногда,

Но - редко и то ненадолго,

Вплетая в суетные дни и года

Всю веру, надежду на Бога.

 

Другая сестричка была с хитрецой:

Темнила, всё что-то скрывала,

Прикинувшись скромной и кроткой овцой,

И  мнимую радость давала.

 

А речи её, словно с пасеки мёд,

Слух людям приятно ласкали.

Бывало, так словом-нектаром проймёт,

Что люди её принимали.

 

И жили беспечно, доверившись ей,

Что всё хорошо и прекрасно!

Довольные долей и жизнью своей,

Что жили они не напрасно.

 

Такая фальшивая эта игра:

Жизнь наша - театр, мы – актёры,

Но к ним приходила другая сестра -

Срывала с глаз чёрные шоры.

И свет! Божий свет озарял всё вокруг!

И видели люди,  как жили.

И видели люди:  кто- враг, а кто- друг,

И путь, что во тьме проложили.

 

И видели люди, что шли не туда,

Покорно идя за вождями.

Ушли в никуда их мечты и года,

Омыты слезами-дождями.

 

 

Пора мне представить сестёр вам, ну что ж,

Назвать имена их придётся.

Одна из сестёр – это сладкая Ложь,

 Другая же -  Правдой зовётся.

 

Стою. Руки в небо в молитвах простёр,

В груди сердце трепетно бьётся.

Я знаю: пошлёт он мне ту из сестер

Которая -  Правдой зовётся.

 

Горька, как полынь. Режет больно, как нож.

 Ото лжи в этом мире мне тесно.

 Так лучше - полынь, чем слащавая ложь!

 Ведь с Правдой - Отец Наш Небесный!

 

11.11.2010

 

                            Про это

 

В Эдемском саду, средь деревьев и трав,

Адам одиноко бродил.

От праздных гуляний изрядно устав,

Порою вздыхал и грустил.

 

И, видя всё это, задумался Бог.

И молвил Он: «Быть по сему!».

А ночью Адама ребро Он извлек

И создал подругу ему.

 

И Еве, тайком, кой-какие места

Нектаром намазал мудрец.

Пленила Адама её красота,

И с ней он пошел под венец.

 

«Плодитесь и множьтесь!» - напутствовал Бог,

Крестом осенил, да исчез.

Любовью томимы, не чувствуя ног,

Помчались влюбленные в лес.

 

Ожили с тех пор все глухие места:

То плач слышен детский, то смех…

Была жизнь тогда и легка, и проста,

Пока не познали мы грех.

 

Минули года, стерся смысл Божьих слов,

Почтенье к Нему – заодно…

Забылась мораль, что  - основа основ,

И люди скатились на дно.

 

А началось всё в неизвестном году.

В итоге предпринятых мер

Волненье возникло в Эдемском саду,

А всё заварил Люцифер.

 

Он всем объявил, что отныне он – Бог.

И стал тоже богом, но – зла.

Изгнал его Бог, указав на порог

За козни его и дела.

 

За ним его верное стадо пошло

Из райских распахнутых врат.

На чистую землю нахлынуло зло,

Чтоб сеять разбой и разврат.

 

«Я - Бог! Я всесилен! – кричит Сатана,-

Я – тонкий ценитель души!

Важна только плоть, а душа не нужна,

Гуляй, веселись и греши!»

 

И вот на девицу вдруг нега нашла.

Издав демонический смех,

Мужчину сманила, его повела

В свой дом совершать первый грех.

 

Мужчина забросил свой дом и семью.

Затем, чтоб насытившись всласть,

Оставить нечистому душу свою,

Попал Люциферу под власть.

 

И бурный помчался разврата поток,

В людские края уносясь.

И север, и запад, и юг, и восток

Покрыла греховная грязь.

 

И в пьяном угаре отдавшись страстям,

Святой опошляя Завет,

Плодились, на радость мохнатым чертям,

Уродов рожая на свет.

 

Девица с девицей, мужик с мужиком

Проводят и ночи, и дни,

И в группы собравшись, но чаще тайком,

Ласкают друг друга они.

 

Искусство любви… Сладострастный минет…

Как можно так низко упасть?

Везде побывала, нарушив Завет,

Мужская интимная часть.

 

Любовь - для двоих, но не для всех,

Для мужа постель и жены.

Постель в чужом доме – неправедный грех,

Она - западня Сатаны.

 

Панель и бордель – опустились на нет!

По жизни плывем без забот.

Детей нагуляв, нарушая Завет,

Грешим опять, сделав аборт.

 

Содом и Гоморра на нашей земле

Из пепла поднялись опять,

И варимся все в люциферовом зле,

Не в силах вернуть время вспять.

 

Пока что плодимся. Как Бог нам велел.

Как птицы, как скот, черт возьми!

Плодитесь да множьтесь! Но я бы хотел,

Чтоб были мы всё же людьми!

                                                                                                 01.05.2001

 

Молитва

 

Когда от боли твое сердце сжато,

И жизнь побита градом неудач,

И рядом нет того, кто был когда-то -

Ты помолись Всевышнему, поплачь.

 

С губ сорвавшись трепетною птицей,

Молитва унесётся в небеса,

И в твоей жизни вскоре растворится

Та, чёрная, сплошная полоса.

 

Кто не страдал, тот не узнает счастья,

Кто не любил, тот просто эгоист.

Как хорошо, когда после ненастья

Душевный небосвод наш снова чист.

 

Доверь ты Богу беды и страданья,

И радость поделить с Ним поспеши.

Сойдут с небес Любовь и Оправданье

Целительным бальзамом для души.

 

Летит молитва маленькою птицей,

Слова молитвы губы шепчут вновь,

Летит туда, где сможет воплотиться

В Прощенье, Покаянье и Любовь!

 

07.12.2011

  

                                         Ты Ему поверь

       Скрылось солнце вдруг,

Не идут дела,

Отвернулся друг

И жена ушла.

 

В суете сует

Мчатся наши дни,

Оставляют след

На висках они.

 

В черной полосе

Заблудился я,

И познал, как все

Тяжесть бытия.

 

Помоги мне, Бог,

Не пойти ко дну

И из всех дорог

Выбрать ту одну,

 

По которой я

Сам приду к Тебе.

Моя жизнь – твоя,

Ты - в моей судьбе.

 

На рассвете дня

Я уже в пути.

Ты прости меня,

Ты меня прости.

 

Прояснилось вдруг,

И пошли дела.

Улыбнулся друг

И жена пришла.

 

В суете сует

Просто надо жить:

Нести Божий свет,

Господу служить.

 

Ты Ему поверь,

Бог не терпит ложь.

Постучись, и в дверь

Ты к Нему войдёшь.

 

07.11.2016

 

                Озарение

 

Человек, подняв лицо,

Обратился к Богу:

«Боже мой! В конце концов -

Укажи дорогу.

 

Я измучился давно,

Путь свой выбирая,

Мне средь бела дня темно.

Где дорога к раю?

 

В рай хочу, где хорошо,

Где тепло и сытно,

Укажи и я пошел,

А там - будет видно…».

 

«Хочешь в рай? – ответил Бог, -

В рай - не всякий сможет.

Лишь одну из двух дорог

Человек проложит.

 

Всё зависит от тебя -

Я вот так отвечу -

Будешь жить, меня любя -

Я пойду навстречу.

 

Коль нечистого в душе

Ты своей пригреешь -

Так и знай, что ты уже

Грех большой имеешь.

 

В ад дорога широка.

Вниз идет, не в гору.

По ней поступь так легка -

Даже мчаться впору.

 

Но по ней ты не ступай, -

Выбери – другую.

Узок путь в тот самый рай,

Захочешь – помогу я.

 

Путь ко мне наверх тернист,

Долог он и труден:

Добрым будь, душою чист,

Помогая людям.

 

На меня  ты не пеняй.

Пусть день будет светел,

Всё как надо исполняй» -

Бог ему ответил.

 

Озарилось вдруг лицо,

Прекратились муки,

Человек, в конце концов

Библию взял в руки.

                          14.01.2001

 

                          Суета

 

В тихом парке на скамейке

Я присел, жалея ноги.

Мимо - люди по аллейке

Шли в заботах и тревоге.

 

Шли, а, может быть, бежали,

На лицо печаль навесив.

И от этой вот печали

Вид их был сосем не весел.

 

Все бегут, бегут куда-то,

Может быть, куда - не зная,

От рассвета до заката

Хлеб насущный добывая.

 

Суета  сует – трясина…

Все - за призрачным в погоне.

Как липучка-паутина

Душу держит, как в загоне.

 

Если ты в людском потоке

Мчаться будешь  вдаль суетно,

Оставляя хлам потомкам, -

Жизнь промчится незаметно.

 

Иногда полезно всё же

Выплыть с мутного потока,

Посмотреть, на что похоже

Время данного нам срока.

 

И на что потратив силы,

Став рабами плотской лени,

С колыбели - до могилы

Вдаль несутся люди-тени.

 

Промелькнут, да сгинут где-то,

Стиснув болью сердце близких,

Чтоб с укором иль с приветом

Созерцать мир с обелиска.

 

На экспрессе жизни праздной,

Плотской похоти и лени

Мчатся, встав пред  дрянью разной

С вожделеньем на колени.

 

О душе совсем забыли,

Занимаясь праздным делом,

Но ведь от грязи и от пыли

Она чахнет вместе с телом.

 

Здравый смысл, чтоб не нарушив,

Прожили б мы жизнь полезней,

Чистит Бог нам наши души,

Допуская к нам болезни.

 

Кто в экспрессе пассажиром

Мчится вдаль, в свою обитель,

Вам совет: сойдите с миром,

Путь земной пешком пройдите.

 

Да в пути - стучитесь в двери.

Вам откроют и помогут.

Кто ногами путь измерит -

Найдет верную дорогу.

            Бог вам в помощь!

Слава Богу!

 

В тихом парке на скамейке

На душе светлее стало.

И побрел я по аллейке,

Чтобы жить начать сначала.

                                                   17.02.2000

 

                                    Течение

 

Пришлось походить мне по дальним    просторам,

Где горы со снежною шапкой видны.

С орлиной горы я пленительным  взором

Смотрел на просторы родной стороны.

 

В горах и в ущельях, в тайге и в пустыне

Искал я богатства и клады Земли,

Чтоб уголь и нефть нам служили поныне

И свет и тепло подарить нам могли.

 

Видал я немало и худа и блага,

Виденья мои воедино слились:

И трусость, и страх, героизм и отвага

В извечной борьбе под названием – ЖИЗНЬ!

 

Однажды забрёл я на берег речушки,

Не так  широка,  да норов – крутой.

Гляжу, а по речке несутся зверушки,

Два выплыть на берег им – номер пустой.

 

Мне стало их жалко: пропали бедняги.

Смотрел с сожаленьем, не в силах помочь.

Тут мало, пожалуй, звериной отваги

Чтоб бурный холодный поток превозмочь.

 

Зверушек мотало холодным теченьем,

Они покорились злодейке - судьбе,

Да дело- то в том, что чуть ниже с шипеньем

Большой водопад заявлял о себе.

 

И, чуя кончину, забились зверушки

В припадке бессильном стараясь уйти

От бездны шумящей капризной речушки,

Что стала преградой у них на пути.

 

Никто не ответит, никто не расскажет

О там, как, и где, и кому умереть…

Живи-поживай, а там -  время покажет:

Глядишь, замелькает костлявая смерть.

 

Невольный свидетель, единственный зритель

В театре, где всё совершается вмиг,

Искатель богатств и вершин покоритель,

Я вдруг осознал, что не так я велик.

 

Величье своё мы порой раздуваем,

Вдыхая его ядовитую смесь,

Но на смертном одре мы  о нём забываем -

Уходят  куда-то величье и спесь.

 

Когда тяжело -  вспоминаем про Бога,

В молитвах Его умоляя помочь,

Чтоб легкой была в нашей жизни дорога,

Чтоб черные дни улетучились прочь.

 

На речке меж тем разгорались событья,

Впечатавшись в память мою навсегда.

И, сколько живу, всё  не в силах забыть я,

Как в пропасть зверушек сносила вода.

 

Одна бедолага, смирившись, затихла,

Отдавшись теченью, покорившись судьбе,

И мог бы закончить на этом свой стих я,

Но есть продолженье о славной борьбе.

 

Другая зверушка, видать, посильнее

Иль телом, иль духом – всё главное тут:

Быть может звериная  жизнь ей – нужнее,

А может -  детишки голодные ждут.

 

Я видел сражение жизни и смерти,

Потока и зверя, желавшего жить.

Желал я спасения зверя, поверьте,

Чтоб новые тропы он смог проложить.

 

Для тех, кто спасен, жизнь и будет награда!

Она - и слуга нам, и нам – госпожа.

У самого края шумящего ада

Зверь вылез на берег, всем телом дрожа.

 

Немного обсохнув и чуть отдышавшись,

И выбрав одну из звериных дорог,

Мне взгляд подарив, может быть,   попрощавшись,

Зверь скрылся в камнях. Помоги ему Бог!

 

Присел я на камень. Задумчивым взглядом

Смотрел на течение горной реки.

Я понял, что смерть - наша тень. Она рядом -              

Смертельная хватка костлявой руки.

 

Назойливый гость тех, кто слаб или болен,

Кто руки сложил, по теченью плывет…

Что тело без духа? Лишь плоть и не более.

Мертва эта плоть, если дух не живет.

 

И здесь, у реки, накатило сравнение:

Бурлящий поток – наша жизнь без прикрас.

Ведь жизнь наша то же, что речки течение.

Как плыть по теченью -  зависит от нас.

 

Ведь можно, сжигая здоровье и силы,

Свой жизненный срок разменять на пятак,

И там, на краю водопада-могилы

Потом осознать, что жизнь прожил не так,

 

Проплыв, словно мусор, от края до края.

Но я убежден на все сто до сих пор,

Что можно и нужно, -  волну разрезая,

Поспорить с потоком. И -  выиграть спор!

 

Да, жизнь наша - речка течет непрестанно.

Бывает, закрутит, что только держись!

Хоть бьёт нас порою, но всё же желанна,

Трудна, но прекрасна ты,  

МАТУШКА – ЖИЗНЬ!

                                                                                           16.10.2000

 

                              Расплата

 

Давным-давно, когда в Едеме люди

Ходили мирно, за руки держась,

Там было всё у них тогда на блюде:

Могли нектар испить, могли покушать всласть.

 

С деревьев там плоды срывали люди,

Сбор фруктов не считая за труды,

Лишь только говорили все о чуде,

Когда являлись новые плоды.

 

Про это есть писанье на бумаге,

Кто Библию возьмет, тот там прочтёт,

Что им открылось то, что они -  наги,

Познали всё, вкусив запретный плод.

 

А этот плод сорвал им змей с древа

Познанья истины простой – добра и зла.

И звали тех людей – Адам и Ева.

Она Адаму плод преподнесла.

 

Проведал Бог про то непослушанье,

И, в гневе, что Его слова не чтут,

Изгнал из рая их, и в наказанье

Их осудил на каждодневный труд.

 

А все мы - дети Евы и Адама,

Таков наш мир: один закон для всех.

Такая человеческая драма:

Мы на плечах несем их тяжкий грех.

 

И, чтоб в грехе не потерять рассудок,

Чтоб мы не занимались ерундой,

Так сделал Бог, чтоб каждый свой желудок

Насытил заработанной едой.

 

Но ведь еда – она не манна с неба,

Она не упадёт сама собой.

Чтоб заработать нам кусочек хлеба

Идём к станку, на поле и в забой.

 

Быть может, это - наше испытанье

На силу воли, чистоту души.

За каждый грех нам будет наказанье,

Поэтому грешить ты не спеши.

 

Нам надо жить, неся свой крест тяжелый:

Работать, есть, чтоб жить, не просто – есть.

Молись, трудись, терпи судьбы уколы,

И - покажи, каков ты есть.

 

Я верю, что придет тот день погожий,

Наступят посевные времена.

Века, года и каждый час наш Боже

Из плевел выбирает семена.

 

     Притча

 

Читал я в книге мудрой:

Унынье – грех большой.

Встречайте солнце утром

Вы с радостной душой.

 

Впустите солнца лучик

Вы в сердце – Божий свет, -

Поверьте, станет лучше,

Скорее - да, чем - нет.

 

Примите дождь и холод

Как благо для себя,

Лишь тот душою молод,

Кто не живет скорбя.

 

Не хмурьте брови даром,

Бурча под нос на всех -

Целительнейшим  даром

Владеет звонкий смех.

 

Не плачьте и не нойте,

Порвите страха нить,

Достаньте счастья ноты,

Ведь с песней надо жить.

 

Не опускайте руки,

Когда зашли в тупик,

Ведь только через муки

Придёт к вам счастья миг.

 

За жизнь бороться надо,

Бороться до конца,

Она и есть награда

Всевышнего Творца.

 

Не тратьте силы, нервы

На безрассудный шаг:

Отчаянье – грех первый

Оно для жизни враг.

 

Я с детства уж не хнычу,

Упорство взяв в запас,

С тех пор, как слышал притчу,

И про неё - мой сказ.

 

Однажды две лягушки,

Попав в подвал легко,

Беспечные подружки

Упали в молоко.

 

И было оно в кружке

До края далеко -

Дурачились лягушки,

Упавши в молоко.

 

Они про всё забыли

Ныряли глубоко,

Но вскоре они взбили

В сметану молоко.

 

А в ней, не то, что плавать-

И лапки не поднять!

Окончилась забава -

Смогли они понять.

 

Зашла тревога в сердце,

Замолк лягушек смех.

На что же опереться,

Чтоб вынырнуть наверх?

 

Старались непрестанно

Из плена убежать,

Да вот капкан-сметана

Не хочет отпускать.

 

«Прощай, моя подружка,-

Раздалось в тишине,-

Могилой будет кружка,

По-видимому, мне!».

 

«Ну что ты, – ей другая,-

Ты продержись чуть-чуть,

Друг другу помогая

Прорвемся как-нибудь.

 

Не вешай нос, подружка,

Мы - как звено одно…».

Да  - поздно. Та лягушка

Уже ушла на дно.

 

«И мне пойти за нею? -

Мелькнуло у другой,-

Ну, нет! Я не посмею

Быть у судьбы слугой!

 

Раскиснуть – значить сдаться.

Отчаянье – долой!

Бороться и держаться -

Такой вот принцип мой!

 

Насколько хватит силы -

Не знаю. Как смогу,

Но из такой могилы,

Я все-таки сбегу!».

 

Минута за минутой

В часы борьбы слились,

Трудна ты почему-то

Да и желанна жизнь.

 

Надежда не угасла,

Держалась - как смогла.

И, взбив кусочек масла, -

Опору обрела,

 

Не ведая, не зная

Откуда взялась твердь,

Но, силы набирая,

Она - прогнала смерть.

 

Решив поставить точку, -

Жива ещё пока -

На масло, словно кочку,

Взобралась для прыжка.

 

Я в том  прыжке лягушки

Смог подвиг усмотреть:

На дне холодной кружки

Лежать осталась смерть.

 

Хвала и честь героям!

И уважение – им!

Судьбу мы сами строим

Когда того хотим.

 

Отчаянья минута

Когда прижмет к стене -

На память почему-то

Приходит притча мне.

                                                                    01.05.2000

 

                             Дай!

 

По пустыне раскалённой

Ноги волоча,

Шёл, худой и запылённый,

Человек, крича.

 

Шёл и падал, оставляя

На песке следы.

Он кричал: «Не надо рая!

Боже! Дай воды…».

 

Но в ответ молчало небо.

«Боже! Я ж кричу!

Мне не надо даже хлеба!

Я воды хочу!

 

Ты же мудрый! Ты всё знаешь,-

Крикнул в тишине,-

Ты всем людям помогаешь!

Помоги и мне!».

 

И …вот чудо совершилось!

Вдруг лопата появилась

Прямо на песке.

Прямо на песке…

 

«Чем же мог я провиниться? -

Человек спросил.-

Боже! Дай воды напиться!

Я воды просил!

 

Как же до воды добраться?

И испить воды?

Боже! Прекрати смеяться

Надо мною ты!

 

Разве я тебя лопатой

Умолял помочь?».

Человек побрел куда-то

От лопаты прочь.

 

От рассвета до заката,

Где он смог пройти,-

Тут и там лежат лопаты

На его пути.

 

Что с ним стало, я не знаю

И каков финал….

«Я тому лишь помогаю,

Кто лопату взял,-

 

Бог, видать, ему ответил,-

Поработай ты,

И тогда на этом свете

Ты попьешь воды!».

                               17.11.1999

 

                      Соседский стог

 

Зима, мороз румянит щёки,

В санях сидят два мужика.

А вдоль дороги -  снег глубокий -

Два изумрудных бережка.

 

Плывут, скользят неслышно сани.

Вдали за речкой - тёмный лес.

Мужик, что с чёрными усами,

В тулуп поношенный залез.

 

Другой мужик, постарше будет,

Полусидит – полулежит.

Сидят, молчат о чем-то люди,

Лошадка нехотя бежит.

 

В санях ручной работы – вилы,

Верёвка, старое ружьё…

Лошадка хитрая вполсилы

Тянет, думая своё.

 

Блеснуло солнце из-за тучи -

Преобразилось всё вокруг.

Волшебной кистью солнца лучик

Украсил речку, лес и луг.

 

Луч пробежал до перелеска,

Раскрыв таинственность полей,

И глаз прищурился от блеска,

И сердцу стало веселей.

 

И по заснеженным просторам

Бежит лошадка не спеша,

И дружно, вместе, ладным хором

Запели сердце и душа.

 

Собрались мужики за сеном:

Корова, лошадь, пара коз…

Что делать? В этом мире тёмном

Есть продовольственный вопрос.

 

«А что, сынок, там много сена?

Нам дотянуть бы до весны,

И, пока солнышко не село,

Мы привезти его должны.

 

А как мы к лесу доберемся?

Ох, и тяжёлым будет путь!…».

И сын ответил: «Да прорвёмся.

Вот только сена там - чуть-чуть.

 

Я присмотрел стожок соседа.

Возьму чуть-чуть и - все дела

Лошадка наша, непоседа,

Чтоб только довезти смогла…».

 

Довольно руки потирая,

Что все проблемы вмиг решил,

Ещё не ведая, не зная,

Что лишь подумав – согрешил…

 

Трудна ты, зимняя дорога:

Пойдёт снег –  все скрыто вмиг.

И, помощь, попросив у Бога,

Свернули к лесу напрямик.

 

А вот и лес. Стоит стеною

Дом для зверей, приют для птиц,

Окутан белой пеленою,

Как персонаж из небылиц.

 

Как великан он молчаливо

Стоит во весь сосновый рост.

В кустах терновника игриво

Мелькнул и скрылся лисий хвост.

 

А возле леса, на опушке -

Два стога сена под снежком.

Следы оставили зверушки,

Кормились, видно, здесь тайком.

 

И заворчал мужик с усами:

«Ох! Ненасытное зверьё!

Нуждаемся мы в сене сами,

Ах ты, ушастое ворьё!».

 

«Да что бурчишь ты, в самом деле,

Как баба старая под нос!

Как будто зайцы сено съели.

Видать, неважным был покос.

 

Грузи скорей, да в путь-дорогу.

Да зайцам сена ты оставь,

Да помолись, как можешь, Богу.

Воздай хвалу ему! Прославь!

 

Что мы без Бога? Пыль Вселенной…

Что наша жизнь? Всего лишь миг…

И в конце жизни нашей тленной

Нас спросит Боже напрямик:

 

Какое ты посеял семя

На поле жизни?- спросит Бог…».

Но сын – не слушал.  В это время

Он думал про соседский стог.

 

Мелькали быстро с сеном вилы,

Мужик немножко вспотел,

Но всё ещё имя силы,

На стог соседский посмотрел.

 

Потом взгляд кинул на деревню.

Но тут отец ему сказал:

«Туда смотри! Закон чти древний! -

И - пальцем в небо показал. –

 

Ты бойся не людей, а  - Бога!

Он - Господин! А ты - лишь раб!

На свете искушений много.

А человек? Он - духом слаб.

 

Он и осудит, и обидит,

Порой упрям он, как осёл…

Что человек? Он - днем не видит.

А Бог – и ночью видит всё!».

 

Махнул рукой мужик с усами,

Стряхнул он с валенок снежок,

Потом запрыгнул ловко в сани -

Стал ближе к Богу на шажок.

 

А снега - навалило много,

Здесь вьюги через день поют…

И мужики, крестясь на Бога,

В деревню двинули свою

                                     07.06.2008

 

Богу надо доверять

 

Пути Божьи не измерить,

Да и нам не измерять!

Мало просто Богу верить,

Богу надо доверять!

 

С Ним решать свои проблемы,

Доверять Его словам.

В продолженье этой темы,

Расскажу я притчу вам.

 

Жил в горах один народец

Среди буйных трав и скал.

Жил чудак канатоходец

Он все в жизни смысл искал.

 

И нашёл его он в Боге,

И прогнал незнанья тьму.

Свои беды и тревоги

Он доверил все Ему!

 

И, что в Боге лишь спасенье, -

Решил людям рассказать,

И на праздник в воскресенье

Представленье показать.

 

И с утра собрались люди,

Уже зная наперёд:

- Представление здесь будет,

И придет канатоход.

 

…Над ущельем бродят тучи,

Внизу-  горная река.

Шест в руках, чтоб тверже, лучше

Была поступь ходока.

 

Он прошёлся по канату,

По натянутой струне.

Замахал ему, как брату,

Орёл горный в вышине.

 

Внизу камни, как на блюде,

Под канатом - высота,

- А вы, верите ли, люди,

Что пройду я без шеста?

 

- Верим!- Люди закивали

В знак согласья головой.

Им то что! Они стояли

На площадке под скалой.

 

Он пошел, раскинув руки

Над ущельем, воспарил,

Лишь слышны потока звуки -

Поток что-то говорил.

 

Ветерок туман гнал, дуя,

Просветлело в облаках…

- А вы верите? Пройду я

С человеком на руках!

 

- Верим! Люди закивали

В знак согласия головой.

Им то что! Они стояли

На площадке под скалой.

 

- Так пусть выйдет тот, кто хочет

Прокатиться на руках!-

А внизу река клокочет

Нагоняя в сердце страх.

 

Люди головы склонили,

Опустили вниз глаза,

И в испуге отступили

От ущелья шаг назад.

 

Мальчик, лет шести, худышка

Из толпы шагнул вперед:

«Я  хочу! - сказал мальчишка, -

Я с тобой, канатоход!».

 

Люди рты пооткрывали,

Орёл замер в облаках,

И сердца двоих стучали

В такт, пульсируя в висках…

 

И канатоходец верил:

Бог ведет его вперед,

Мальчик жизнь ему доверил,

Он дойдёт, дойдёт, дойдёт!

 

От реки идет прохлада,

А со лба струится пот…

Выжить надо! Выжить надо!

Он пройдёт, пройдёт, пройдёт!

 

Вот и всё… Площадка, люди,

Шум реки, орёл вдали,

Внизу - камни, как на блюде,

Твердь такой родной земли!

 

Люди словно онемели

И стояли, чуть дыша,

Но потом все загалдели

И спросили малыша:

 

«Как же ты, такой худышка,

Не боялся высоты!?

Да что взять с тебя мальчишка

Как ему поверил ты?».

 

Мальчик молча стоял скраю

И ответил, наконец:

«Я ему ведь доверяю,

Это - мой родной отец!».

 

Пути Божьи не измерить,

И не нам их измерять.

Мало просто Богу верить,

Богу надо доверять!

 

07.12.2012

 

Всё - в твоих руках!

 

Живём средь грехов и пороков,

Порою, приняв умный вид,

Смеясь над словами пророков,

Что мир к катастрофе летит.

 

Живём, как придётся, беспечно,

Привыкшие ныть и роптать,

Надеясь, что всё будем вечно

Мы Матушку - Землю топтать.

 

И, слушая речи пророка,

Задумал какой-то хитрец

Пророка, что родом с Востока,

Во лжи уличить, наконец.

 

Поймал хитрец бабочку в поле,

И, чтоб не сломать её крыл,

Её заточил он в неволе -

Ладонями нежно закрыл.

 

- Прости, Божья тварь. Я пророка

Хочу проучить. Дать урок.

Ты можешь погибнуть до срока…

А, впрочем, «Как скажет пророк»...

 

Спрошу я пророка, с подвохом:

-Мертва Божья тварь? Иль жива?

Коль скажет – «жива!» - я со вздохом

Ладони сожму - ты мертва!

 

Коль скажет – «мертва!» - я ладони

Раскрою! И ты взлетишь ввысь!

Смертельных минуешь агоний

И будешь жива! Но - молись!

 

Хочу опозорить пророка,

Увидит народ, что к чему

В таких состязаньях - я дока

На смех я его подниму!

 

Так думал хитрец. И к пророку,

Подходит лукавый хитрец

- Реши-ка одну замороку.

Да ты ведь решишь! Ты мудрец!

 

Поймал как-то бабочку в поле,

И, чтоб не сломать её крыл,

   Её заточил я в неволе,

   Ладонями нежно закрыл.

 

Пришёл я к тебе и гадаю,

Уж кругом идёт голова

Принёс я её и не знаю:

Мертва Божья тварь иль жива?

 

Ты - лучший из лучших на свете,

Такая здесь ходит молва!

Что стоит пророку ответить -

Мертва Божья тварь, иль жива?

 

Пророк приподнял свои плечи

И молвил, чтоб слышал народ:

- О! Как я тебе ни отвечу -

Ты сделаешь наоборот!

 

Жива Божья тварь! Но ладони

Открой! Пусть летит в облака!

Одну Божью правду запомни:

Всё в Божьих и в наших руках!

 

Захочешь -  умрёт Божья кроха,

Захочешь -  вспорхнёт в облака.

Добро - хорошо, а зло – плохо,

Всё это - в твоих же руках!

 

Лепи себя сам! И запомни!

Каким хочешь быть, таким будь!

Пусть будут открыты ладони

Про Божью любовь не забудь!

 

Раскрылись ладони... И кроха,

Почувствовав запах Земли,

Не зная, что зло - это плохо,

Вспорхнула и скрылась вдали!

 

14.08.2012

 

Клиент

 

Красный фонарь тускло светит на дверь,

В дом входят люди, ту дверь открывая,

Похоть людей в телах бродит, как зверь,

Души людей, на куски разрывая.

 

Ходят сюда и юнец, и старик.

Разный народ по достатку, сословью,

Вот слышен стон и приглушенный крик,

Здесь занимаются пошлой любовью.

 

Здесь продаётся любовь за гроши,

Дамы здесь всем повинуются чинно,

И, не смотря на протесты души,

Плоти сливаются здесь воедино.

 

Скрипнула дверь, в дом заходит клиент,

Свёрток в руке, в нём завернуто что-то,

Может, торговец, а может - студент

Выбрал одно из предложенных фото.

 

С фото смотрели на парня глаза

Милой девчонки, с печалью и болью,

Видно была на реснице слеза -

Знак примиренья с такою судьбою.

 

На обороте он номер прочёл,

Где и ждала для утех его дама.

Он расплатился и в номер пошёл

По коридору - всё прямо и прямо.

 

- Ишь какой франт! - заворчали в углу, -

Гордый, как гусь, а такой же развратник!-

Это истопник, из печки золу

Сыпал в ведро, скинув старый свой ватник.

 

Близилась  ночь, собирался народ

С целью одной, чтоб натешиться вволю,

И закружился ночной хоровод

С грустною песней про женскую долю.

 

Он уже знал, что вернется к ней вновь,
В сердце его затаилась истома:

- Вот ты какая - людская любовь!

Думал клиент, когда вышел из дома.

 

К ней он ходил, но за встречи платил,

Как это принято в доме-борделе,

Но ликовал! И для вида грустил,

Когда узнал, о достигнутой цели.

 

Ох, вы сердечные наши дела...

Снова в бордель! - Где Эльвира? Простите.

-Дамочка ваша, с вещами ушла...

Да не грустите же вы, не грустите'

 

Вот, выбирайте. Без всяких затей,

Девочки класс! Их, смотрите как много!

–Можно мне фото любимой моей?

-Да забирайте его, ради Бога!

 

В сердце и радость была, и печаль,

Что не увидит свою дорогую,

Всё же сказал: «Ах, как жаль мне, как жаль!

Так оформляйте тогда мне другую ».

 

И, каждый вечер клиент приходил,

Утром опять растворялся в тумане.

Новую даму себе заводил

И  оставлял всегда розу в стакане.

 

Всё с тем же свёртком он в дом заходил,

Заворожил дам он - необычайно!

Кто из борделя, тех дам уводил,

Всё же узнала хозяйка случайно...

 

Злилась хозяйка: «Да что за дела!

Ведь неспроста все уходят из дома!».

И коридором задумчиво шла...

Слышит вдруг голос  за дверью знакомый.

 

Слышит про то, что наш Бог любит всех,

Что только с Богом, Завет не нарушив,

Праведной жизнью искупим мы грех,

Чтобы в итоге, спасти наши души!

 

Насторожилась хозяйка в момент:

«Вот, значит, кто, воду мутит мне в доме!».

И, догадавшись, кто этот клиент,

В двери вломившись, влетела в их номер!

 

А на полу... На коленях стоит

Дама, в красивой, нарядной одежде,

Слушает парня и плачет навзрыд,

Вовсе не та уже, что была прежде.

 

Рядом стоял тот – клиент «старожил»,

Ей говорил, что покаяться надо,

Руки на голову ей положил:

«Кайся! И будет от Бога награда!».

 

И началось! Ах, какой был скандал!

Не принимая в свой адрес угрозы,

Парень с достоинством Библию взял,

Вышел, оставив двум женщинам розы...

 

В церковь зашёл и увидел её...

В сердце любовь с новой силой проснулась,

Вот она! - радость и счастье моё!

Мило Эльвира ему улыбнулась.

 

Долго гуляли они в тишине,

Часто в свободное время встречались,

И, слышал я, что они по весне

В той же церквушке потом обвенчались.

 

Слышал ещё, что Эльвира сама,

Мужа любимого нежно лаская,

Всё ж отправляла в бордели-дома,

Библию нежно ему подавая.

 

Правда… неправда... Решать уже вам.

Если солгал - не судите так строго.

Лучше прислушайтесь к Божьим словам:

«Бог любит всех!». И любите вы Бога!

 

15.04.2011г.

 

Всё -  к лучшему…

 

Всё, что происходит в нашей жизни – всё это нам во благо…

(Из притчи).

 

Рождаемся, живем, гадаем:

Что - наша жизнь? Куда идём?

О! как мы всё же мало знаем

Про нашу жизнь. Зачем живём?

 

Ворчим, болезни принимая,

В душе устроив тарарам,

Совсем не ведая, не зная,

Что это всё - во благо нам.

 

Что нам дано, то нам во благо!

Гоните прочь сомненья, страх,

Пусть всё расскажет вам бумага,

Которая - у вас в руках.

 

В одной стране жил император,

Имел министра при себе.

Министр искусный был оратор,

Не верил чёрту и судьбе.

 

Он верил Богу, в Его планы,

Что Бог – маяк на берегу,

И что болезни наши, раны

Нам жизнь и душу берегут.

 

А император, ухмыляясь,

Качал в насмешке головой,

Но как-то с саблей упражняясь,

Отрезал он мизинец свой.

 

От боли крикнул он, страдая,

И слёзы брызнули из глаз.

Министр, спокойно назидая,

Сказал: «Всё - к лучшему для нас!».

 

«Ах! Ты смеяться и глумиться!

Посмел ты, шут, со мной шутить!».

И приказал его в темницу

На хлеб и воду посадить.

 

Прошла неделя. На охоту

Собрался император в лес.

Ружья погладив позолоту,

Он ловко на коня залез.

 

Но, так уж вышло, что в погоне

За диким зверем в джунглях он

Сам оказался как в загоне,

И дикарями был пленён.

 

И на шесте его связали

И по рукам, и по ногам,

Чтоб в жертву принести в финале

Каким-то там своим богам.

 

…Вот зазвучал тревожно бубен,

Костер пылает на песке,

Вдруг жрец увидел, что отрублен

Мизинец жертвы на руке.

 

Казалось, нет уже спасенья

И что пришел смертельный час!

Но вот от жертвоприношенья

Мизинец-то его и спас!

 

Верней - отсутствие мизинца!

И людоеды-дикари

Все ж отказались от «гостинца»

Закон чтут. Чёрт его дери!

 

Закон суровый, человечий

Закон чтут: вождь, дикарь-школяр:

Должна быть жертва без увечий

И – идеальный экземпляр.

 

Вождь дикарей кивнул по-царски,

Уносят жертву от огня,

И, извинившись по-дикарски,

Подводят к пленнику коня.

 

Сел на коня, глазам не веря:

«Чудны, о, Бог, твои дела!

Ведь пальца малая потеря

Меня от смерти отвела!

 

О, я глупец! Неандерталец!

Министр мне правду говорил!

Ты, Бог, забрал всего лишь палец

Но жизнь взамен мне подарил!».

 

Быстрее самой быстрой птицы

Конь императора домчал,

И император вмиг в темницу

Вбежал. И сходу закричал:

 

«Прости меня, слуга мой верный!

Тебе за правду злом воздал

И поступил с тобой я скверно,

Ведь ты за правду пострадал!».

 

«За правду? Да! Не отрицаю, -

Министр промолвил в тишине.-

Но Бог меня сберег! И знаю:

Что было, то - во благо мне!».

 

«Да в чём же благо ты увидел?

Ведь ты в темнице просидел.

Прости, что зря тебя обидел.

Я сам, вот видишь, – поседел…».

 

«Совсем не зря!- министр ответил, -

И повторю, в который раз:

Спасибо, что есть Бог на свете!

Ведь это он двоих нас спас!

 

Тебя он спас, забрав твой палец,

Я - здесь сидел за мою речь.

Ты – пострадал, и я – страдалец.

Но ведь игра-то стоит свеч!

 

Сидел в темнице я недаром!

А был бы там…я у огня?

То идеальным экземпляром

Конечно, б выбрали меня!».

 

07.02.2011

 

 Два весла

 

«Работа без молитвы - каторга.

Молитва без работы – попрошайничество»

(Из притчи).

 

 

В стихии жизненного моря

Нужны нам прочных два весла,

Чтобы река нужды и горя

В долину слёз не унесла.

 

Живите радостно, не хныча

Пусть вёсла будут вам под стать!

Об этом мудрая есть притча,

Извольте притчу прочитать.

 

По речке в лодке плыли двое:

Рыбак и старый его друг,

И волны солнечного зноя

Заполонили всё вокруг.

 

Туман клубится, испаряясь,

Вдали виднеется лесок,

И лодка, вёслам покоряясь,

Скользила вниз наискосок.

 

В мельканье вёсел друг заметил

На них какие-то слова.

На  то  рыбак  ему  ответил:

«От этих слов душа жива!

 

О, если б мы всё исполняли,

То, что читали иногда -

Нужды и горя бы не знали,

Не приходила б к нам беда.

 

На этом вот весле, что справа,

Я слово написал: “Молись!”

Поверь, что это - не забава.

Другое же весло: „Трудись!”.

 

Молись в труде, трудись в молитве

И будешь всё иметь тогда!

И в этой вот борьбе и битве

Минуют горе и беда».

 

Друг засмеялся: «Да ты в битву

Всё превращаешь как всегда!

Что время тратить на молитву!?

Вот поработать - это да!».

 

«Ну что ж, не будем мы молиться, -

Сказал рыбак. - Ну, так и быть!

Давай с одним веслом трудиться,

Попробуем по речке плыть!

 

Эх ты Фома!

В  молитве сила!

Ты ерунду не говори!

Чтоб нашу лодку не сносило -

Нужны нам два весла. Смотри!».

 

Рыбак поднял и в лодку кинул

Весло с названием "Молись!".

Фуражку набекрень надвинул,

Сказал: «Ну, лодочка, кружись!».

 

На месте лодку закружило

Весло с названием „Трудись!".

Не помогла рыбачья сила -

Они по речке понеслись...

 

«Ну что дружок? плывешь ты к цели?

Ведь ты спешишь на берег тот.

Мы кружим как на карусели

А время не стоит - идёт...

 

И если вёсла поменяю

«Молиться» будем мы  вдвоем

Да что менять! Я точно знаю:

С одним веслом не поплывем!

 

Чтоб нас по жизни не носило,

Чтобы не плыть куда-нибудь

Запомни друг: в молитве сила!

Трудясь - молиться не забудь!».

 

Рыбак поднял и вновь поставил

Весло с названием: "Молись!".

Потом наладил и поправил

Весло с названием: "Трудись!".

 

И снова вёсла замелькали,

Круги поплыли по воде.

В молитвах люди прославляли

Творца! Чтоб Он помог в труде!

 

31.05.2011г.

 

                  Тень

 

Если ты говоришь, что до Бога идёшь,

Всё пытаясь догнать свою тень,

Значит - в спину бьёт свет и слова твои – ложь!

Не идёшь! А уходишь, как день!

 

Если к солнцу повёрнут своим ты лицом

В ясный, солнечный, радостный день,

То тогда надо быть самым глупым глупцом,

Говоря: «Впереди - моя тень!».

 

Говоришь, что повернут ты к Богу лицом,

Но ты лжёшь! И пощады не жди -

Будешь ты лицемером, глупцом и лжецом,

Если тень у тебя - впереди.

 

Бог - есть Свет! И когда же ты к свету идёшь?

Когда сердце ликует в груди!

В Божью правду тогда превращается ложь,

И всегда будет тень - позади!

 

Ты не лги сам себе. Живи, Бога любя!

И пусть Светом наполнится день!

Когда к Богу идешь, ты проверь сам себя:

Посмотри, всё же, где твоя тень...

 

17.05.2011г.

 

 Нищий

 

 

Идёт человек по дороге,

Думает думу свою

О жизни, о смерти, о Боге,

И как очутиться в  Раю:

 

«О! Боже! Отец наш Небесный!

Сойди к нам, в мой домик зайди,

И в кухоньке маленькой, тесной

 Со мной за столом посиди.

 

Хочу угодить Тебе, Боже,

Поставлю питьё и еду».

И слышит он голос: «Ну, что же!

Я завтра в твой домик зайду».

 

С утра уж замешано тесто,

Цветы да ковры на полу,

Почетное прибрано место

В той кухоньке в красном углу.

 

С утра человек суетится,

Готовится рисовый плов.

Вдруг слышит он: кто-то стучится.

О! Боже! Ведь плов не готов!

 

Глядь - нищий стоит у порога

И просит попить и поесть.

«Иди, не мешай, я жду Бога!

Он мне оказал эту честь!».

 

Захлопнулась дверь перед нищим,

Ему отказались помочь,

И в зной, без воды и без пищи

Побрёл он от домика прочь.

 

За речкою солнышко скрылось,

Достали свирели сверчки,

О! Боже! Да что же случилось?

Уж вечер зажег огоньки.

Никто не идёт по дороге,

Прокисли и плов, и пирог.

Хозяин ждал, думал о Боге…

Не знал, то тем нищим был Бог…

 

Идёт человек по дороге

Думает думу свою

О жизни, о смерти, о Боге

И как очутиться в Раю...

 

12.06.2010

 

Я терпению учился у Христа

 

Я терпению учился у Христа,

Представляя, как из ран сочится кровь,

Капая в песок возле креста.

А в глазах Его увидел я любовь.

Как Он мог любить своих врагов,

Кто распял Его, терзая Его плоть.

Океан любви Его - без берегов,

Даже больше! Он же ведь Господь!

Я старался подражать Христу.

Я хотел бы раствориться в Нём

И впитать любовь и доброту,

Закалить себя Его огнем.

И к Нему прийти хотел бы я,

Но так трудно до Него дойти!

Эти лабиринты бытия

Мельтешат на жизненном пути.

Эта толкотня и беготня,

Эта маета и суета

Захватив, опутали меня,

Усложняя путь мой до Христа.

Даже если трудным будет путь,

Я к Отцу Небесному приду,

Опущу я голову на грудь,

С плачем на колени упаду.

Ты прости, Господь, мои грехи,

Что грешил я, и что духом слаб.

Ты диктуешь мне свои стихи,

Я же просто писарь Твой и раб.

Что мы без Тебя? – Мы - прах земной!

Без Тебя мы -  пустота, «зеро»…

Боже,  будь всегда, везде со мной,

Дай мне сил держать в руке перо.

Дай мне, Боже, сил к Тебе дойти,

Скинь с нас цепи суетных оков,

И, любя своих детей, прости,

Как и мы прощаем должников.

Мы - Твои овечки на лугу,

Собери нас, Боже, и паси,

Чтобы не достались мы врагу,

Ты храни нас, Боже, и паси!

 

… Я терпению учился у Христа…

 

31.01.2014

 

Так будет не всегда

  

Пришел бедняк до мудреца в поместьe:

 «О! Помоги! Замучила нужда!».

 «Ты дома напиши на видном месте

И покрупней: «Так будет не всегда!»».

 

Бедняк всё сделал, как ему велели,

И в поле поклонился до земли.

И вот глядишь - дела и в самом деле

Со скрипом, потихонечку пошли.

 

Окрепли дух его, и тело, и хозяйство,

 И встретил мудреца он поутру.

 Отбил поклон ему, но с примесью зазнайства

 Сказал ему: «Я те слова – сотру!».

 

«О! не спеши, - слазал мудрец, - ведь это-

Слова,  что ты  читал, - не ерунда!

Ведь всё меняется на этом белом свете,

 И знай одно: Так будет не всегда!».

 

Ночами тёмными, дни светлые сменялись,

Вплетаясь в долгие , суетные года.

Лишь только на стене слова остались.

 Я их читал: «Так будет не всегда!».

 

Когда в тревоге мечешься по дому,

Пришла хандра, а, может быть, - беда -

 Они уйдут к кому-нибудь другому,

 Ты мне поверь: Так будет не всегда!

 

Всё в этом мире - так непостоянно,

Уходит всё неведомо куда,

И в этом мире лжи, среди обмана,

Я знаю, что так будет не всегда!

 

Когда от  счастья сердце замирает,

И вместо «Нет!» тебе сказали «Да!»,

Я знаю, да и  это каждый знает:

Увы! Увы! Так будет не всегда!

 

Но не грусти. Ведь жить так интересней:

Полосок черных, белых череда…

Живи себе,  иди по жизни с песней

С названием: «Так будет не всегда!».

 

Но всё же мы надеемся на чудо,

И пусть вдали горит твоя звезда,

И дальний свет звезды летит оттуда,

 Где Бог живет! И будет Он - Всегда!

  

23.11.2010

 

Иисус

 

Слышен крик и стон к тому же,

И с тех страшных мест

Бродят смерть, и страх, и ужас,

И стоит там крест.

 

В руки, в ноги гвозди вбиты,

Давит смерти груз,

Слезы за Христа пролиты.

На кресте - Иисус.

 

В тот смертельный час

Умер он за нас,

Чтобы вновь прийти -

Праведных спасти.

 

На Голгофе той

Молча ты постой,

Подойди к кресту,

Поклонись Христу.

 

В небе был закат кровавый,

Превратился в тьму.

Боже мой! О, Боже правый!

Помоги Ему!

 

Он испил страданий чашу,

Он за нас страдал,

За людей, за Землю нашу

Сына ты отдал.

 

Было Божье повеленье -

Чудо из чудес.

Рано утром в воскресенье

Иисус воскрес.

 

Он воскрес, чтоб верным людям

Подарить любовь,

И мы Бога славить будем,

Славить вновь и вновь.

 

В тот смертельный час,

Умер он за нас,

Чтобы вновь прийти -

Праведных спасти.

 

На Голгофе той

Молча ты постой.

Подойди к кресту,

Поклонись Христу!

 

                                                                                                     07.12.2015

 

 

Орел - Сатана

 

 

Жизнь - борьба. Это - битва, сражение.

Наша жизнь -  это тонкая нить.

Всё всегда познаётся в сравнении,

И хотел бы я тоже сравнить.

 

Расскажу я про птицу небесную,

Что живёт среди скал, среди гор.

Жизнь ведёт, на мой взгляд, – интересную.

Это - американский кондор.

 

В основном он питается падалью,

Он коварен и очень хитёр,

И когда  животные падали,

Вот тут появлялся  кондор.

 

Налетают орлы всей оравою,

А собрала их всех чья - то смерть.

И глотают кусочки кровавые

До отвала. Не в силах взлететь.

 

Но порою, когда кушать хочется,

Совершенства он может достичь:

Начинает искусно охотиться,

Налетая на крупную дичь!

 

И, пугая её, беспокоя,

Он над жертвой летит, над спиной.

Люди, те, кто увидел такое,

Окрестили орла  Сатаной.

 

Сев на голову жертвы уверенно,

Черной тучей, как будто гроза,

Мощным клювом спокойно, намеренно,

Он выклёвывал жертве глаза.

 

     Вот и всё... В диком ужасе мечась,

И не ведая, что стало с ней,

Жертва падала в ямы,  калечась,

Натыкаясь на груды камней.

 

Смерть собралась к животному в гости,

И судьба жертвы предрешена.

Возле кучки, где череп и кости,

Ждёт кончины орёл - Сатана.

 

И слетятся орлы всей оравою,

И собрала их всех жертвы смерть.

Поглотают кусочки кровавые

До отвала. Не в силах взлететь.

 

А вот тут и приходит сравнение

Сатаны и кондора – орла.

    Есть у нас то, духовное, зрение -

    Божий свет, неприятие зла.

 

Та любовь, на которой всё держится,

Божий дух, что живёт внутри нас.

Божий дух в наших храмах содержится,

Помогая нам жить в трудный час.

 

Божий свет! Это - наше спасение.

   Он - маяк наших троп и дорог.

   Божий свет - то духовное зрение,

   Что отдал нам вселюбящий Бог!

 

Но бывает, что мы – расслабляемся,

Очумев от мирской суеты,

И от света во тьму удаляемся,

Находясь у опасной черты.

 

 

Сатана, эта хитрая бестия,

Он - наш враг и источник всех бед.

Через грех! (Подчеркну в этом месте я)

Гасит в нас тот спасительный свет.

 

Вот и всё! В диком ужасе мечась,

Проиграв в сатанинской войне,

Человек падал, падал калечась,

Отдав душу свою, Сатане.

 

... И слетятся орлы всей оравою...

 

Через грех Сатану не впускайте

К той лампаде, что светит у вас.

Помолитесь! И к Богу ступайте!

С миром к вам!

В добрый путь! В добрый час!

 

                                                                                   21.01.2013

 

  1. О БЛИЗКОМ

 

Молдова

 

Льётся, дойна, над Молдовой,

Солнце озаряет край,

Где живем мы жизнью новой,

Собираем урожай.

 

Пусть насытятся все люди!

Пусть звучит веселый смех!

Пусть нужды и бед не будет,

А любовь подружит всех!

 

Ты живи, моя Молдова,

Богатей и процветай.

Прославлять я буду снова

Этот благодатный край.

 

Эти Кодры, эти реки,

И озёра, и поля.

Пусть прославится навеки

Твоя щедрая земля.

 

Нет тебя на свете краше!

Пусть горит твоя звезда!

Пусть Господь на землю нашу

Сойдет в гости навсегда!

 

07.09.2014

 

                  Ностальгия

 

Я с тревогой смотрю в темноту.

Свет погас, мрак меня окружил.

Кто провёл в моей жизни черту -

Отобрал светлый мир, где я жил?

 

Кто решил, как мне жить, чем дышать,

Дав свободу, работу забрав?

И, конечно, не мне здесь решать,

Позабыв о возможностях прав.

 

Счастлив тот, счастья кто не познал,

(Уж простите, за сей афоризм).

Вот и к нам заглянул Капитал…

«Загнивающий капитализм».

 

«Гнил» на Западе с древних веков,

Но со временем рос он, да креп.

Поселившись в «стране дураков»,

Вмиг слизал со столов соль да хлеб.

 

И в жестокой борьбе двух  эпох,

Получив в грудь свинцовый металл,

Наш мирок, конвульсируя, сдох.

Победителем стал – Капитал.

 

Нам, познавшим тепло, и уют,

И вкусивших тот сладкий пирог,

Тяжело вмиг менять жизнь свою,

Запуская его на порог.

 

Знать, истории это каприз:

Там где жизнь, там присутствует смерть,

И летим, кувыркаясь, мы вниз,

Чтоб, ударившись, вверх посмотреть.

 

Только падать нам всё же - зачем?

Подыматься -  всегда тяжелей,

И в падении этом, меж тем,

Мы становимся жёстче и злей.

 

Капитал… Капитал… Капитал…

Сколько крови пролилось рекой!

Этот дьявольский жёлтый металл

Унёс разум, и стыд, и покой…

 

Там, где деньги ведут разговор,

Совесть тихо и скромно молчит.

У кого-то -  пушистый ковёр,

У кого-то -  лампадка в ночи.

 

Кто-то в светлых хоромах живёт,

Красным став от вина и жары,

У кого-то же сводит живот,

Веет холодом из «конуры».

 

Раньше был, в основном, средний класс -

Проводник всех партийных идей.

А теперь - разделили всех нас

На богатых и бедных людей.

 

В море бедности - остров дельцов,

Кабинетных чиновников рать.

Появилось буржуя лицо

И давай народ грабить и драть.

 

Ободрав, словно липку коза,

Приумножив ещё капитал,

Взвесив доводы «против» и «за»,

Он над «быдлом» господствовать стал.

 

Раньше был человеку ты друг.

Друг любезный, товарищ и брат.

А сейчас - столько злобы вокруг,

Что с опаской смотришь назад.

 

Видно, свыше нам это дано,

И не нам выбирать, как нам жить:

Один сядет осадком на дно,

А другой - будет в танце кружить.

 

Только - всё повторится. Как встарь.

По спирали. И время пройдёт -

Новый Данко, стратег и бунтарь,

Всколыхнёт и поднимет народ.

 

Снова кровь, снова хаос и дым,

Вновь - кровавый рассвет поутру,

И в Советах дадут молодым

Куртку-кожанку и кобуру.

 

И не мне эту жизнь осуждать,

Не судья я, и не прокурор.

Да и как можно жизнью назвать

Беспредел, воровство и террор!?

 

В волчьей стае – по-волчьи и выть.

Здесь в ходу диких джунглей закон:

Если хочешь ты выжить и жить -

Съешь другого, сиди под замком.

 

Как быть тем, кто душою раним,

Тем, кто стар, волочит свои дни?

Не сужу – знать, не буду судим…

Боже! Нас береги и храни!

 

А пока - забрели мы в туннель.

И  - просвета  нигде не видать.

Вплавь пустились - и сели на мель,

Но мечты  – «швартовые отдать»,

 

Да надежды причалить к земле,

Где молочные реки текут,

Каравай где стоит на столе,

Где уют и тепло в доме ждут.

 

Где за друга -  в огонь и в реку,

Где в работе сгораешь дотла,

Где любовь и почет старику

За мозоли его и дела.

 

Но ведь было у нас это всё!

И, греха что таить, – не сполна,

Но в квартиру въезжал новосёл

И гудела станками страна.

 

Жизнь кипела. И в домне кипел

Раскаленный и жгучий металл.

Кто стремился, и тот, кто хотел -

Своей жизни хозяином стал.

 

Не хочу песни петь и псалмы,

Восхвалять и поэмы творить

О том времени, где были мы,

И кому довелось там пожить.

 

Хорошо-то жилось, но  - как знать,

И с какой подойти стороны?

Жировали «Система» и «Знать»,

Наплевав на законы страны.

 

Снизу нам не видать, что – вверху,

А творились там тоже «дела».

И «Система» все «рыла в пуху»

В Беловежскую Пущу свела.

 

Опошляя Идею саму,

Развалила  Союз-Монолит,

Заточила надежды в тюрьму,

Оттого-то и сердце болит.

 

Наплевала на наши труды ,

Видно, с жиру бесясь, – не пойму,

Показали друг другу зады

Страны-сестры, да братья, к тому.

 

Сразу вспомнили про языки

Да истории древних времён,

Обнажили ножи и клинки,

Собираясь под символ знамён.

 

Возвышался гранитной скалой

Наш могучий Советский Союз,

Не казавшись тогда «кабалой»,

Наш «общак» превратился в конфуз.

 

Отчего поглупел человек?

Как ему образумиться вновь?

Неужели мы в наш новый век

Пронесём страх, насилие, кровь?

 

Снова -  войны, пустые поля,

Звон металла, да цокот подков?

Но - не стерпит старушка-Земля!

Просто - сбросит с себя дураков!

 

Зло-добро, свет и тьма, мир-война,

Жизнь и смерть, слезы - смех, минус-плюс…

Видно, в этой борьбе Сатана

Берет верх, разгромивши Союз.

 

Поругав и озлобив всех нас,

Раскидав страх и смерть по Земле,

Сатана правит бал и сейчас,

Варит чертово зелье в котле.

 

Говорят – две дороги ведут.

Одна - в ад. А другая  же -  в рай

Коль не хочешь гореть ты в аду,

Так другую тогда выбирай.

 

Но -  лишения ждут нас в пути!

Узок путь, словно тонкая нить.

Но пройти - значит душу спасти

И в итоге – себя сохранить.

 

Верю я: предстоит Божий суд!

Справедливый, не нашим чета!

Наказание те понесут,

Кто забыл,  для чего доброта.

 

Кто продал свою душу за грош,

Сатане став слугой - холуём.

Что посеял, то, значит, -  пожнёшь,

По делам всяк получит своё.

 

«Не убий! Не гуляй! Не греши!», -

Голос сверху все твёрже звучит.

Как маяк для заблудшей души

Он нам путь освещает в ночи.

 

Только надо услышать его,

Да увидеть спасительный свет.

Любовь к Богу – превыше всего -

Нас спасёт от лишений и бед.

 

Всё зависит лишь только от нас.

Тяжкий крест довелось нам нести.

Дай нам Бог в столь решительный час

От лукавого душу спасти.

 

Не убий! Но, нарушив запрет,

Обрекая потомков на грех,

Мы кровавый оставили след,

Оставаясь рабами утех.

 

Нам - гордыню б свою поунять,

Да упорство упрямых ослов,

Открыть сердце, стараясь принять

Смысл библейских и праведных слов.

 

Мы стоим у опасной межи,

За которой -  лишь огненный ад.

Мир, погрязший в грехах и во лжи,

Перекроим на наш, новый лад.

 

Неразумные дети Земли!

Не теряйте свой облик людской,

Переплавим мечи, чтоб смогли

Обрести мы душевный покой!

 

Чтоб пришел долгожданный успех -

Мост построим мы «Запад-Восток»,

Чтоб любовь согревала  нас всех

Ведь любовь – это жизни росток!

 

Чтобы снова сады зацвели,

Шли косые дожди на поля…

Неразумные дети Земли,

Да простит нас старушка-Земля!

 

                Прости, сын

 

Что имеем - не храним,

Потеряем - плачем.

А потом себя браним…

Ну а как иначе?

 

Так устроен человек,

Иль воспитан дурно.

Наш и так короток век:

Пепел, прах да урна…

 

Я в роддоме сам не свой,

Будто виноватый.

«Сын! -  кричат,- портретик твой,

Только -  красноватый».

 

Помню первые шаги.

Страшно было, знаю,

И пороги - как враги.

Я их проклинаю.

 

Ясли помню, детский сад,

Я  - качель качаю.

«Здрасте!» - дети говорят.

«Здрасте» - отвечаю.

 

Первый, третий, пятый класс -

Книжки и портфели,

Мы двенадцать лет как раз

Быть с тобой успели.

 

Кто ж тогда подумать мог,

Что в самом начале

Врач занёс стафилококк -

Еле откачали.

 

Затаилась, видно, смерть,

Набирая силы,

Чтоб торжественно смотреть

Из сырой могилы.

 

Кровь залила детский мозг,

Сердце билось сутки,

Смерть налаживает мост

Для души. Миг жуткий.

 

Вспомню - так пробьёт озноб,

Холодеют руки…

Помню деревянный гроб

Да рыданий звуки.

 

Ты лежишь, а я стою,

Слезы с глаз -  ручьями:

«Баю-баюшки-баю,

Оставайся с нами…».

 

Крышка сверху, гвоздь забит

В доску, словно в мыло.

Сверху - мрамор и гранит.

Чтоб надёжней было.

 

Десять лет как один день

Пролетели птицей.

И легла печали тень

На родные лица.

 

У могилы - я с женой,

Капли слез скрывая,

В дождь стою, в туман и зной,

Сердце разрывая.

 

Вот и всё. Не надо слов.

Ни к чему всё это.

Вереница тяжких снов -

Моя песня спета.

 

Белый снег устало лег

На виски местами.

Так растаять и не смог

Даже под лучами.

 

Я на Бога не сердит,

Проклинать не буду

Сын в гробу, и гроб забит -

Не свершиться чуду.

 

Милый сын! Услышь меня,

Стебелёчек тонкий,

Образ твой зовет, маня,

Голосочек звонкий.

 

Может, скоро -  в дальний путь...

Сердце сжато болью.

Подожди ещё чуть-чуть -

Встречусь я с тобою.

 

Ты прости меня… Сынок!

Стебелёчек тонкий…

Я хочу прожить свой срок

Для твоей сестрёнки.

                                 09.12.2000

 

                       Слово – Дело

 

Вот поболтать, поговорить мы -  знатоки!

Что стоит нам сказать пустое слово!

Не нужно нам движение руки:

Губами шевельнул – и всё готово…

 

Слова и режут, и ласкают слух.

Пустой желудок не наполнит слово.

Но, если слово поднимает дух,

То можно и поесть мясного плова.

 

Сидеть. Болтать - ведь не мешки таскать!

Устанет лишь язык, но -  не всё тело.

И так ведь можно просто заболтать,

Заговорить на нет любое дело.

 

Сказать - легко, вот сделать – тяжелей,

Но, если хочешь ты всего добиться:

Успехов в жизни и мечты своей, -

Иди вперёд и не ленись трудиться!

 

Дела, дела –  работа тяжела…

«Всё - суета сует» - сказал нам кто-то.

И крутимся с утра мы, как юла,

В работе все мы до седьмого пота!

 

Но, что поделать, это – се ля ви .

Ведь, как тут ни крути, а жить-то надо!

Молись, трудись, назло врагам  - живи!

Ведь наша жизнь – Всевышнего награда!

 

Коль слово дал, так за него – держись,

Чтоб не был для людей ты пустозвоном!

Такие правила свои диктует жизнь,

И подчиняться мы должны её законам.

                                                                                                11.04.2007

 

                       Родной завод

 

Среди свекольных волн зелёных

Плывет корабль, и без прикрас

Я про людей, в завод влюблённых,

Хочу поведать свой рассказ.

 

А в корабле – заводе нашем,

Уже во всю идёт ремонт.

Мы все работаем, мы « пашем»,

Ну, так сказать, «рабочий фронт».

 

С утра весь день кипит работа,

И, если точности в ней нет,

То по селектору кого-то

Зайти попросят в кабинет.

 

Решать вопросы постепенно

Поставлен творческий актив,

У нас, скажу вам откровенно, -

Сплоченный, дружный коллектив.

 

У нас теперь - одна задача,

И, чтоб вопрос был в ней решён,

Работать так, а это значит -

Чтоб плодотворным был сезон.

 

Наступит день - свекла созреет,

Нальется соком, и тогда

Мы соберём её скорее

И ток запустим в провода.

 

Всё оживёт, придет в движенье,

«Поехали!»– звучит приказ.

О, это чудное мгновенье!

О, этот долгожданный час!

 

Раздастся звук сирены резкий,

Закружит лента не спеша,

Свекла пройдёт четыре резки

И будет - сладкая лапша.

 

В диффузии, надежде нашей,

Что вверх идет наискосок,

В воде сварившись и став кашей,

Лапша отдаст свекольный сок.

 

Но дальше - путь для сока долгий,

И, чтоб читатель не устал,

Скажу – в процессе технологий

Из сока вырастет кристалл.

 

А вот красавицы-подруги

Из чешской дальней стороны,

И сахар эти центрифуги

Сфугуют для моей страны.

 

А дальше – сушка, упаковка,

Затем - на склад да в штабеля.

Везде - рабочая сноровка,

Чем и славна моя Земля.

 

Есть парадокс одной загадки,

И пусть не удивляет вас:

Хоть на столе наш сахар - сладкий,

Порой не сладок он для нас.

 

Но мы и рады, и готовы

И впредь варить свекольный сок,

И закрома родной Молдовы

Заполнит сахарный песок.

 

Плывет, просторы покоряя,

Из кораблей-заводов флот,

Но караван тот возглавляя,

Корабль наш - впереди плывёт.

 

Опять начнем мы всё сначала,

Бушуй свекольный океан!

И знаем мы, что у штурвала

Стоит надёжный капитан!

 

                                    07.10.2001

 

                          Капкан

 

Осень, сыро, дождь в лесу,

Голь берез бесстыжая,

Занесло в капкан лису -

Бедолагу рыжую.

 

Тихий шорох, лай, скулёж

Вперемежку слышится -

Видно, рыжей невтерпёж,

Только хвост колышется,

 

Да, видать, уже давно

Мечется да мается:

Так вот рыжей суждено

За других раскаяться.

 

Только в чём её вина?

Такая Богом создана.

Что ни сделает она -

Так ведь - неосознанно.

 

Да какой с плутовки спрос? -

Голод правит разумом.

Тут - совсем другой вопрос:

Как изжить заразу нам,

 

Что приклеилась к нам встарь:

Истреблять - что движется.

Человек – всё та же тварь,

Только может пыжиться,

 

Да доказывать себе:

Я -  «венец» творения

В этой гнуснейшей борьбе

«Природы покорения».

 

Про капкан «венец» забыл,

Или запил «горькую».

Держась из последних сил,

Лежит тело горкою.

 

Голод с разумом сплелись,

Находя  решение.

Вот такая штука -  жизнь.

Самосохранение.

 

Дождь холодный моросил,

Голь берёз бесстыжая,

И, собрав остаток сил,

Впилась в лапу рыжая.

 

А в каком таком  лесу,

Правда, ложь - не спорю я,

Про трехлапую лису

Я слыхал историю

                                05.03.2000

 

Коммунальная квартира

 

Коммунальная квартира

Заменяет нам  пол - мира.

Хочешь, так живи.

Что поделать? Если надо

Все мы разные, но - рядом.

Это – Се, Ля, Ви.

 

А на кухне дым столбищем,

Каждый сам готовит пищу.

Жуть! Не продохнуть!

Каждый смотрит: что готовят?

А сосед мой сквернословит,

Посылая в путь…

 

Парень, с виду бы невидный,

Даже вроде безобидный

В той квартире жил.

Жил напротив жирной тёти.

Был в почёте на работе,

Жил, да не тужил.

 

Но оказия случилась:

Комнатка освободилась,

Бабка померла.

Все её похоронили,

Дружно вместе ели, пили,

А она ушла.

 

И, скажите-ка на милость,

Девушка тут объявилась

Вместо бабки той.

Парень сразу стал героем,

Изнывал любовным зноем

Парень золотой.

 

То услужливо поможет,

То ей тортика предложит,

Чтоб наелась всласть.

То почистит ей картошку,

Приготовит ей окрошку,

И, она сдалась!

 

Свадьбу тут же отыграли.

Ели, пили, танцевали

Даже, до утра.

Паренек наш – снайпер меткий

Тут же появились детки.

Наша детвора.

 

В коммунальной той квартире

Стали дружно жить и в мире.

Ходят, как пажи.

И с чего, не зная даже

Парень взял на распродаже

Новые ножи.

                                         

 25.05.2013

 

                    Проснётся кот

 

Нет! Этот мир - не для меня!

Ни для души, и ни для плоти…

Везде, в быту и на работе

Слышна мышиная возня.

 

И ночью, и средь бела дня,

Где слышен молот, звон серпа,

Колосья вяжутся в снопа -

Слышна мышиная возня.

 

Эй! Кучка жалкая мышей!

Потише там! Ведь люди спят,

Заснув, голодные, сопят,

С осадком горьким на душе.

 

Украв у них хлеб со стола,

Пирует весь мышиный рой.

Но всходит солнце за горой,

Рассеется сплошная мгла.

 

Пусть лучше беден буду я,

Но - чист душой, и сердцем чист,

И пусть бумажный этот лист

Всё вам расскажет, не тая.

 

Нет! Этот мир не для меня!

Мне нужен мир в душе да тишь,

Да я и рад, что я  - не мышь,

Живым я выйду из огня.

 

Я верю! Время то придёт,

Когда, наевшись, мышь заснёт,

И, тощий свой поджав живот,

Проснется кот…

                                                                    21.03.2001

 

            Мама

 

На кладбище чисто, спокойно и тихо.

Какая-то птичка вспорхнула с куста.

Прижавшись к забору, стоит облепиха,

И крест стоит рядом с распятьем Христа.

 

Я знаю: ты - рядом со мною, ты – близко…

Ты смотришь с тоской в глазах с обелиска.

О! если б назад вернуть время я мог!

 

Я был бы послушным, я был бы прилежным,

Я все бы отдал, чтоб была ты жива!

Но всё, что когда-то цвело цветком нежным,

Всё - вянет и сохнет, ведь жизнь такова…

 

В последнее время ты очень болела,

Коварный инсульт обездвижил тебя.

Порою  рукой осторожной несмело

Я белую прядь поправлял, теребя.

 

Нам, людям, дал Бог чувство долга и совесть,

И детский свой долг все должны мы вернуть.

О! эта печальная, грустная повесть!

Я маму кормлю, суп пролив ей на грудь.

 

Ты нас, малышей, отмывала умело,

На детских тельцах наводя красоту.

Теперь мою я твое дряблое тело,

Сквозь слезы смотря на твою наготу.

 

А детство прошло, все мы вдруг повзрослели,

Птенцы оперились, окрепло крыло,

Мы за горизонт кто - куда улетели,

Забрав твои,  мама, любовь и тепло.

 

И редкие письма, звонки, телеграммы

Ты ждала их с надеждой и ночью, и днём.

Мы редко встречались все вместе у мамы,

Забыв в суете, для чего мы живём.

 

И, чтобы собрать всех нас вместе как прежде,

Чтоб все мы приехали, бросив дела,

Оставив миг жизни, любви и надежды,

Ты, нас не дождавшись живой, – умерла…

 

Скупая слеза по щеке покатилась,

Видать, слёзы выплакал в детстве сполна!

Прости ты нас, мама, за всё, что случилось,

Ведь в смерти твоей есть и наша вина.

 

Ничто несравнимо со смертью в коварстве,

Но люди живут, засевая поля…

Пусть будет спокойной душа в Божьем Царстве,

Пусть плоти твоей будет пухом земля.

 

На кладбище чисто, спокойно и тихо,

Но мне неспокойно, заныла душа.

Склонившись в поклоне, стоит облепиха…

Поправив цветы, я побрёл не спеша…

 

        Плач женщины

 

Как ушёл мой милый ночью на войну,

Да оставил он меня совсем одну.

Ох! Ревела я все ночи напролёт,

Слезы капали на мой большой живот.

 

Чёрный ворон, надо мною не кружи,

Я одна во чистом поле, да во ржи.

Буду рожь серпом одна я в поле жать,

Да, наверное, я буду здесь рожать.

 

0х! Рожу тебе сыночка я на свет,

Да увидишь ты его, а может, - нет.

Воспитаю я помощника одна,

Будь вовек ты трижды проклята, война!

 

Колосится, гнётся в поле моя рожь,

Черный ворон, мою душу не тревожь!

Красно солнышко, мне слёзы иссуши,

Боже! Будь опорой прочной для души.

 

                        07.07.2009 г.

                                                  

Песнь хвалы поём любя

 

Моему врачу глаукомологу Добченко Аглае Николаевне посвящается.

 

Тихо было на Земле,

Село спряталось во мгле.

В небе звездочка зажглась,

Девочка тут родилась.

 

Вот и время подошло,

«Гура-Быкулуй» - село,

Все сбежались посмотреть

На малышку и согреть.

 

Стали дружно помогать

Маме дочку пеленать.

Мать с любовью, не тайком

Дочь кормила молоком.

 

И за праздничным столом

Собрались тут всем селом,

Папа, имя выбирая,

Так назвал её – Аглая.

 

Радость мамы и отца

Согревала их сердца:

И красива, и стройна

С каждым днем росла она.

 

Школьный прозвенел звонок,

Собрал деток на урок,

И открылась детворе

Мудрость в пестром букваре.

 

Что про школу рассказать?

В дневнике «четыре» - «пять».

И прилежна, и умна,

Всем в пример была она!

 

Пролетело десять лет.

Кем же быть? Нашла ответ!

Поступила она в «мед».

 

А вот тут и началось!

Спать ночами не пришлось.

Чтоб экзамены все сдать,

Нужно все предметы знать!

 

Изучала там подчас,

Как устроен дивно глаз.

И на практике была,

Опыт там приобрела.

 

Глаукома – бич людей!

Нет коварней и вредней.

Давит нервы, давит глаз,

Бац! И свет в глазах погас!

 

Но Аглая начеку!

И юнцу и старику

Лечит левый-правый глаз,

Чтобы свет в них не погас.

 

Много можно рассказать,

Но было б лучше – показать,

Если б всех людей собрать,

Кому пришлось   глаза спасать -

 Соберется у ворот

С благодарностью народ,

Ей поклоны отобьёт,

Песнь за здравие споёт!

 

«Песнь хвалы поем любя –

Бог поцеловал тебя!

Ты - наш свет, наших дорог!

Пусть тебя хранит наш Бог!».

03.11.2013

  1. ВРЕМЕНА ГОДА

 

ВЕСНА

 

Стали меньше сугробы в овраге,

Из-под снега сочится вода,

И как будто от всей этой влаги

Мир размок и раскис навсегда.

 

А дорога, змеёй извиваясь,

Почернела от жарких лучей.

Пробиваясь, водой наполняясь,

Зажурчал вдоль дороги ручей.

 

С крыши с треском сосулька упала

И разбилась на сотни камней -

Изумрудных, хрустальных кристаллов,

А один подкатился ко мне.

 

Кот, похожий на старую шапку,

Как рыбак, ожидающий клев,

И, готовый поймать всех в охапку,

Наблюдал за вознёй воробьев.

 

И мальчишка, морской волк, отважный,

Перейдя в сапогах колею,

Отправлял свой кораблик бумажный

В дальний путь, в долгий рейс по ручью.

 

И, войдя в роль примерной  хозяйки,

Снег сметает весна по земле,

И в траве зашуршали козявки,

И жучки, отогревшись в тепле.

 

А в лесу, сквозь истлевший валежник

Из прохладной, земной глубины,

Пробивался в мир белый подснежник,

Как посланник хозяйки – весны.

 

У забора сухой куст крапивы

Возродился ростком молодым…

О! Как яблони, вишни красивы!

Лёг фатой на невест белый дым.

 

Птицы, все как одна, ошалели,

Слышен свист, стрекотанье и трель.

Про весну свои песни запели,

Про тепло, про весну, про капель.

 

Пусть звучит соловьиною песней

Гимн о жизни, весне, о любви!

Жить - намного весной интересней,

Даже если она - «Се Ля Ви».

 

Примечание: «Се Ля Ви» - Такова жизнь (франц.)

 

 

07.04.2013г.

 

           За окном – весна

 

За окном – весна,

Белый дым в ветвях,

Отчего она

Гонит в сердце страх?

 

Кто она? Скажу:

-Это - наша жизнь.

Я себя стыжу,

Скатываясь вниз.

 

Моя боль, усни,

В пьяном сне – замри!

Отчего они -

Словно глухари?

 

Кто они? Скажу:

-Это мы,  народ.

Душу покажу

Посмотри-ка, вот!

 

Помню. Месяц май,

Тот же дым в ветвях,

Мой сосед Михай -

Седина в бровях.

 

На скамейке дед,

Сгорбившись сидел,

В семьдесят пять лет

На наш мир глядел.

 

Худо-бедно, всё ж

Было веселей.

А на что похож

Облик наших дней?

 

Суета – сует,

Вереница дней…

Нравится, иль нет -

Лишь тебе видней.

 

Лучиком из тьмы

Мчался вдаль прогресс,

Собирались мы

На маевки в лес.

 

А в лесу – краса:

Воздух - словно мёд,

Синь на небесах -

Веселись, народ!

 

Провели ликбез.

Рад или не рад -

Был - народ. Исчез.

Стал – электорат.

 

Накидали слов,

Испоганив речь.

Наломали дров.

Справились. И - с плеч.

 

Жизни суррогат

Нам преподнесли:

-Ешь, электорат

Маленькой земли.

 

Проволокой – змеёй,

Колкостью ежа

Над родной землей

Пролегла межа.

 

Землю поделив

Вдоль и поперек,

Капитал нажив

Запасаясь впрок,

 

Новый вышел класс

Крови голубой.

Не смотря на нас,

Ринулись гурьбой

 

Набивать карман

Кто и как горазд,

Взяв в союз обман,

Обдирая нас.

 

Затоптав старух,

Белых стариков,

Затаивших дух

На меже веков.

 

Это скверный бес,

Сделав тарарам,

В души их залез

Поселившись там?

 

Кто ты? Сатана?

В  образе каком?

Падает страна

В пропасть кувырком.

 

На крови людской

Возвели дворцы,

Вышли на покой.

Эка! Молодцы!

 

Скрылись за моря,

Наплевав на всех,

На душу беря

Неискупный грех.

 

Только Бог далёк…

Кто рассудит их?

В сердце - уголёк

Разжигает стих.

 

Эх! Идёт- гудёт

Да весенний шум…

Что-то грустно от

Невесёлых дум…

 

Но - гудит весна,

Разбудив побег.

Эй! Вставай страна,

Ускоряй свой бег.

 

 

Хватит нам в хвосте

Сзади пыль глотать.

Времена не те -

Надо первым стать.

 

Что? Кишка тонка?

Или что ещё?

Не дрожи, рука!

Навались, плечо!

 

Уберем весь хлам

С потускневших рек,

Уж стучится к нам

Двадцать первый век.

 

Что мы в новый век

Можем взять с собой?

В силах человек

Управлять судьбой?

 

Ведь судьба - не рок!

Это - ум и труд,

В дом твой на порог

Счастье, мир придут.

 

Не свершиться снам

Ностардамуса,

Уж довольно нам.

Настрадалися

 

Переплавим меч,

Успокойся, враг,

Землю уберечь

Сможем мы и так.

 

За огромный стол

Ты садись скорей

Молдаван, хохол

Русский и еврей.

 

Смело, не ропща,

Локти обнажить,

Только сообща

Будем лучше жить.

 

Чтоб лидировать,

Чтобы быть у дел,

Ликвидировать

Надо беспредел.

 

Что мы  - хуже всех?

Головы не те?

К тем придет успех,

Кто - на высоте.

 

«Добрый дядя Сэм»

Просто так не даст,

Отработать всем

Надо - кто горазд.

 

Заводи мотор,

Трактор выводи,

Ждет полей простор,

Делай выводы.

 

 

От нас - честный труд

Да служение,

Нам - в домах уют,

Уважение.

 

Вот ответ в лицо.

Можешь хмуриться:

«Хочешь взять яйцо -

Не режь курицу».

 

Нам, с характером,

В поле хочется.

Там за трактором -

Пыль волочится.

 

Лучшее зерно -

В поле сеется.

Нам дано одно:

Жить – надеяться …

 

 

Лето

 

Отзвучали весенние песни,

Солнце свет посылает с небес.

Нет на свете прекрасней, чудесней,

Чем пройтись по лугам в темный лес!

 

Трактора на полях отгудели,

Заползли отдыхать в гаражи.

Вновь вернулись на сосны и ели,

На дубы и березки стрижи.

 

Соловьи, и сороки, и сойки -

Все стрекочут, щебечут, поют,

Ладным хором на утренней зорьке

Жизни гимн, птичий свой создают.

 

Громыхнул гром раскатисто где-то.

Бог повесил над речкой дугу,

Это - радуга встретила лето!

Грибной дождь даст грибы к пирогу.

 

И, движимый незримою силой,

Подчиняясь законам небес,

Милый парень с улыбкою милой

Идёт под ручку с любимою в лес.

 

Хорошо по тропинкам лесистым

На рыбалку пойти по росе,

В речку леску закинуть со свистом,

Стать частичкой природы, как все.

 

Косари на лугах и полянах

Косят быстро, пока есть роса.

Вжик-да вжик! Волны сочных трав пряных,

Постелила стальная коса.

 

Лето, это - короткие шорты.

Это солнце! Красивый загар!

Это море и пляж, и курорты.

Отдыхай всяк, кто юн и кто стар.

 

Лето – это короткие ночи.

Любят пары с гармошкой бродить.

Кто-то любит его, кто не очень.

Трудно Богу нам всем угодить…

Но любить надо всё, что дал Боже!

Лето – часть нашей жизни земной.

Полюбите его. Осень тоже!

Наслаждайтесь зимой и весной!

 

25.05.2013

 

                        Осень

 

Посвежело как-то вдруг.

У рябины – жар.

Стал поменьше солнца круг,

Зябнут те, кто стар.

 

В синем небе - острый клин

Перелётных стай.

Сетка тонких паутин…

День короче стал.

 

Трактор поле в чёрный цвет

Красит, не спеша.

Это осень шлёт привет,

Осень-Госпожа.

 

В грустном крике журавля

Слышится печаль,

И укаталась земля

В золотую шаль.

 

Белка шустрая в дупло

Тащит свой орех,

И последнее тепло

Радует нас всех.

 

Под ногой шуршит листва

Осени привет,

Даже сникшая трава

Потеряла цвет.

 

И березке, что стоит

Под окном одна,

В кудри ей, испортив вид,

Вкралась тишина.

 

И в предзимней суете

К нам стучит зима.

Позабыв о красоте,

Мы спешим в дома.

 

Милый друг мой, оглянись!

Посмотри вокруг:

Осень - это тоже жизнь.

Жизни - новый круг.

 

Пусть наполнится душа,

Обновится пусть!

Осень тем и хороша,

Что наводит грусть.

                                          21.10.1999

  

                               Зима

 

Смотрит Небо на Землю лукаво:

«Что дрожишь, листья роняя с дубрав?

Летом  - ты зелена, величава,

Вся в цветах! В платье, сшитом из трав…».

 

«Холодны по утрам нынче росы, -

Отвечает соседу Земля, -

Слышишь звон? Косари, да их косы

Обнажают луга и поля.

 

Осень листья с дубрав посрывала,

Ветер - листья куда-то унёс …

Мне бы впору сейчас – покрывало,

Чтоб не страшен был лютый мороз.

 

Я боюсь, чтоб не простудилась

Той холодной, студёной порой.

Помоги, прояви свою милость,

И меня покрывалом укрой».

 

«Не дрожи, потерпи ты немного,

Дай мне Боженьке слово сказать.

Всё записано в Книге у Бога,

Не оставит тебя замерзать».

 

И по Божьему свыше приказу

Ветер снежные тучи пригнал,

И нахмурилось небо всё сразу,

Получив, видно, тоже сигнал.

 

И открыл Бог те снежные тучи,

И упал с них, на радость для всех,

Пышный, мягкий, совсем не колючий,

Словно пух легкий, шёлковый снег.

 

Утром люди проснулись: «О! Боже!».

Стало как-то теплей и светлей,

Словно белой и мягкой рогожей

Бог накрыл всё рукою своей.

 

Ивы белые шубки одели,

Смотрят в зеркало льда на прудах,

Снег улегся на сосны и ели,

И на тонких лежит проводах.

 

Ребятня шумной, пёстрой ватагой,

Словно всадники, мчит на конях.

С бесшабашной ребячьей отвагой,

С криком с горки летят на санях.

 

Кто смелей, тот в полете с трамплина,

Покорив всего метр высоты,

Ощутив выброс адреналина,

С восхищением шепчет: «Ух, ты!».

 

Дед, кряхтя, небольшою лопатой

Очищает от снега порог.

И, тряся бородою кудлатой,

В небо молвит: «И - добре, дай Бог!».

 

А в лесу! Словно белая сказка

Опустилась на лес отдохнуть,

И зима на волшебных салазках

Через лес проложила свой путь.

 

Лес окутала сонная нега,

На деревьях - из снега парча,

Испугавшись упавшего снега,

Заяц, в страхе, задал стрекача.

 

А под ёлкой - лиса наблюдает.

Притаилась, плутовка, не зря:

Выжидает момент, выбирает,

И тихонько пасет глухаря…

 

Прокатилась зима и по речке,

Завернула в луга и поля…

И, согревшись, как будто на печке,

Спит под снегом спокойно Земля.

 

Спит Земля, от трудов отдыхает,

Ей морозы теперь не страшны.

Отдыхает и сил набирает.

Бог не будит её до весны.

 

А весной осторожно разбудит,

Её будет шутливо бранить:

«Ждут голодные звери и люди,

Не пора ли тебе их кормить?».

 

Небо землю дождями умоет,

Солнце - в поле разбудит зерно,

И луга возле речек накроет

Из травы и цветов полотно…

 

Ну, а снега и впрямь навалило…

Он весной пригодится Земле.

Снег – вода, а вода – это сила!

Это - рожь, это - хлеб на столе.

 

Мчи, Зима, в своих снежных салазках!

Щедро снегом ты всё засыпай.

Белоснежно-морозная сказка,

Спи, кормилица наша: «Бай-бай…».

                                             07.01.2009

 

Новый Год

 

Новый год! Новый год

К нам стучится у ворот!

Ты войди в наши дома весёлой песнею,

Пусть таинственная ночь

Сможет каждому помочь,

Чтобы нам жилось богаче и чудеснее!

В каждый дом внеси дары,

Чтобы радость детворы

Согревала нам сердца любовью, ласкою,

И пусть наш Владыко-Бог

Переступит ваш порог,

Чтобы сделать вашу жизнь волшебной сказкою.

 

Новый год! Новый год!

Пусть ликует весь народ!

В хороводе вокруг ёлки мы закружимся,

В большой круг вольёмся мы:

Русский, молдаван, румын.

И споём про мир и счастье, и подружимся.

 

Новый год! Новый год!

В сердце каждого войдёт,

И посеет в них любовь к себе и к ближнему!

И пусть в ночь под Новый Год

Чудо вдруг произойдёт!

Мы поверим и помолимся Всевышнему!

  

31.12.2011г.

 

 

                          Содержание

Виктор Панько. Штрихи к портрету Анатолия Бардачёва

Читателю

  1. О ПОЭЗИИ

 

Мой крест

 

Как рыбак, закинув сети…

 

Исповедь

 

Обращение

 

Жизнь моя в полосочку

 

Это – плюс

 

Вдохновение

 

  1. ВЫБОР

 

Выбор

Копи богатство ты в душе

Базар

 

Бомж

Торг

 

Птичий  крест

 

О! Мясо!

Васька

 

Собачья верность

 

Равнодушие

 

Окошко

  1. ЛЮБОВЬ

Что поделать?

 

Подражание Пушкину

 

Цвело, цвело по всей Земле

 

Клятва

 

Прости…

 

Сон

Ну, вот и всё…

Ночь

 

Любовь

 

Женщине

(тост)

 

Свадебный тост

 

Аглая

 

Старый клён

 

 В тени под каштаном….

 

За рекою

 

Прощай

 

Я вернусь

 

Молдованочка

 

  1. ВОПРОСЫ

Круг

Вопрос

 

Почему?

Кукушка

 

5.ФИЛОСОФИЯ

Рыбаки

Две сестры

 

Про это

 

Молитва

 

Ты Ему поверь

Озарение

Суета

Течение

 

Расплата

 

Притча

 

Дай!

Соседский стог

 

Богу надо доверять

Всё в твоих руках!

Клиент

 

Всё к лучшему…

Два весла

 

Тень

 

Нищий

 

Я терпению учился у Христа

 

Так будет не всегда

 

Иисус

 

Орёл - Сатана

 

  1. О БЛИЗКОМ

 

Молдова

Ностальгия

 

Прости, сын

 

Слово – Дело

Родной завод

Капкан

 

Коммунальная квартира

Проснётся кот

Мама

 

Плач женщины

 

Песнь хвалы поём любя

 

  1. ВРЕМЕНА ГОДА

 

Весна

 

За окном – весна

 

Лето

 

Осень

 

Зима

 

Новый Год

 

Прочитано 40 раз
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии