Понедельник, 17 12 2018
Войти Регистрация

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me

Create an account

Fields marked with an asterisk (*) are required.
Name *
Username *
Password *
Verify password *
Email *
Verify email *
Captcha *

Судьбы мировой поэзии. Песни – искалеченные птицы: Назрул Ислам, Бангладеш

  • Пятница, 01 июня 2018 09:04
  • Автор  Созвучие

Поэт Назрул Ислам – из тех немногих поэтов Бангладеш, имена которых известны русскому читателю, известны за пределами далекой от Европы азиатской страны. Рождением с 1899 года, он всей своей судьбой был сопричастен с самым непростым этапом в борьбе бенгальского народа за свободу и независимость Бангладеш.

“Я отвергаю старые законы,/ я прошлое растаптываю, рушу,/ ломаю цепь, которой раб закован,/ и от оков освобождаю душу”, -- строки одного из первых стихотворений Назрула Ислама “Бунтарь”.

Этот своеобразный манифест стал одним из главных кирпичиков в становлении поэтического таланта гражданина и художника слова, музыканта и философа, революционера и просветителя. Первая книга поэта увидела свет в 1923 году – “Огненная вина”. Следующий сборник – “Отравленная флейта” – в 1924 году. Еще одна книга стихотворений – “Восточный ветер” – в 1925 году… Всё складывалось, выливалось в книги так быстро совсем не случайно. За плечами у молодого поэта к тому времени уже был значительный жизненный опыт.

Печататься бенгальский поэт ( до независимости Бангладеш было еще целых полвека) начал в 1920-е гг. Первая публикация – “Бунтарь”, стихотворение, которое после первой публикации стало путешествовать по самым разным газетам и журналам. По всей Индии гремели ружейные залпы английских колонизаторов. И стихотворение “Бунтарь” было как нельзя к месту. Правда,многие читатели недоумевали: юноша едва ли достиг двадцатилетнего возраста, а пишет настолько проникновенно, зрело, пишет настолько убедительно и правдиво о судьбе родного народа, что кажется, будто в диалог с читателем вступил зрелый мастер, умудренный жизненным опытом.  Развитию художественной практики, становлению художественной , идейной зрелости способствовали многие жизненные драматические коллизии, которые выпали на судьбу простого юноши из бедной мусульманской семьи. Детство поэта прошло в нужде, лишениях. Он смог проучиться в школе всего три года. Надо было работать. Юному Назруле Исламу довелось “идти в люди”. Его судьба похожа на судьбу классика русской литературы Максима Горького. Кстати, автора “Жизни Клима Самгина”, романа “Мать”, автора “Песни о Буревестнике” и в те двадцатые годы прошлого века уже знали в Индии, Бангладеш. На бенгальский роман “Мать” перевели уже в 1925 году – первая публикация состоялась в журнале “Лантал”. Только потом появились публикации на других языках Индии – хинди, пенджаб, урду. А еще в 1912 году Максим Горький писал с Капри борцу за независимость Индии Кришнаварме: “Я буду очень рад и благодарен, если Вы выполните мою просьбу. Мы должны показать нашим народам, что все те, которые жаждут справедливости, хотят жить в согласии с разумом, должны осознать единство целей, духа и объединиться в одну силу, способную окончательно победить все зло на свете. Вы должны, Кришнаварма, Мадзини Индии, Вы знаете чаяния великого народа, и Вы, конечно, поймете, что русский народ должен знать о жизни современной Индии…” “Мать” – самое читаемое из русской литературы произведение в Индии, Бенгалии, а сегодня – в Бангладеш.

С началом первой мировой войны Назрул Ислам идет в армию. Прежде всего – чтобы помочь семье скудным солдатским жалованьем. В семнадцать лет будущий классик поэзии Бангладеш вступает в батальон англо-индийской армии. Назрула Ислама отправляют на Средний Восток. Так приобретался жизненный опыт, так сознание молодого человека накапливало впечатления, что позже вылились в животрепещущие поэтические строки.

Из стихотворения “Поэт правды”: Сколько лжи на земле осталось!

А куда же правда ушла?

Гибнут в мрачных тюрьмах герои. 

О, как много на свете зла!

Но бледнеют на небе звезды,

розовеет облачный след.

Трубы раковин возвещают

         надвигающийся рассвет. 

Из-за темных, из-за огромных

молчаливо нависших туч

Землю трогает поцелуем

победитель – солнечный луч…

Художник слова постоянно оставался “вечным бунтарем, героем, стоящим над миром с гордо поднятой головой!”. Но жизненные невзгоды не давали покоя поэту-трибуну, поэту-гражданину, поэту-бунтарю. У каждого художника – своя непростая судьба. В 1923 году Назрула Ислама бросили в тюрьму. Но ни полицейские репрессии, ни аресты, ни тюрьмы не смогли сломать революционный стержень литератора, который все шире и шире завоевывал массы.

Напишу – британские власти

 всё отнимут и рот заткнут.

А душа пылает и рвется,

вырывается из оков…

 (“Мой манифест”).

В конце 1920-х гг. Назрул Ислам тяжело заболел. Через несколько лет тяжелый недуг приковал поэта-бунтаря к постели.

А в 1963 году московское Издательство Иностранной литературы выпустило книгу стихотворений бенгальского поэта на русском языке – “Избранное”.

Переводчик и автор предисловия – Евгений Челышев. Немного об этом человеке, который и сам отличается неординарностью… Родился Евгений Петрович в октябре 1921 года в Москве. Академик Российской Академии наук. Доктор филологических наук. Литературовед, культуролог, востоковед, переводчик, писатель. Общественный деятель. Участник Великой Отечественной войны. Был стрелком-радистом в 140-м скоростном бомбардировочном полку 2-й смешанной авиационной дивизии. Прошел с боями Смоленщину, Калининский, Западный фронты, Северный Кавказ, Сталинград, Беларусь, Литву. За отличие в войну получил многие награды, среди них – два ордена Красной Звезды, медаль “За боевые заслуги”. После Великой Отечественной войны окончил восточное отделение Военного ингститута переводчиков. Служил в Вооруженных силах. Уволился подполковником запаса. Защитил кандидатсую и докторскую диссертации. Написал 15 книг по проблемам востоковедения, литературы Бангладеш, литературы Индии. Автор нескольких сотень научных и научно-публицистических работ. Переводчик бенгальской литературы.

В предисловии к книге стихотворений Назрума Ислама “Избранное” Евгений Челышев писал: “Недавно мне довелось побывать в Калькутте на праздновании 100-летнего юбилея со дня рождения Рабиндраната Тагора. Как-то вечером студенты университета из Шантиникетона, основанного Тагором, давали большой самодеятельный концерт. Юноши и девушки пели жизнеутверждающие весенние песни великого поэта. “Вы знаете, -- спросил один из моих друзей, пожилой писатель, -- что эти песни Тагор посвятил Назрулу Исламу, томившемуся в то время в тюрьме? Тагор высоко ценил и любил нашего Назрула”, -- произнес он задумчиво. “А с каким воодушевлением пел сам Назрул эти песни!” – добавил другой писатель. “Давайте навестим его”, предложил кто-то из нашей компании. Назрул Ислам живет на окраине Калькутты в районе новой застройки. В передней нас радушно встретила молодая миловидная женщина с пятилетним мальчиком – невестка и внук больного поэта. Нас провели в светлую комнату с большим стеклянным шкафом, полным музыкальных инструментов, принадлежащих сыну поэта – известному музыканту Кази Онируддхо. На стене висел большоцй портрет молодого мужчины с волевым жизнерадостным лицом, длинными развевающимся по ветру волосами, с высоко поднятой рукой. Это была фотография Назрула Ислама 20-х годов, запечатлевшая момент его выступления на мушаэре. Рядом с портретом висела почетная грамота, пожалованная поэту в день его шестидесятилетия президентом Индии. Потом в комнату под руки ввели Назрула Ислама. Как тяжело было смотреть на этого больного человека с неподвижным как маска лицом и потухшим взором. “Назрул Ислам горячо любил вашу  страну! – сказал нам один из бенгальских писателей. – Ведь еще в 1927 году он перевел “Интернационал” на свой родной бенгальский язык и сам впервые исполнил его на рабочем митинге. Как он стремился побольше узнать о жизни советского народа и рассказать индийцам правду о первой в мире стране социализма! А это нелегко было сделать в условиях колониального режима”.  И он несколько раз повторил: “Назрул, к тебе приехал гость из Советской России! Ты понимаешь – из страны Ленина!”

Проблеск сознания появился на неподвижном лице Назрулла Ислам, но потом он снова устремил в пространство свой безучастный взгляд…”

Когда Евгений  Челышев писал эти строки, Назрул Ислам уже не сознавал, что в Индию пришла независимость. В таком бессознательном состоянии он дожил до того времени, когда независмость пришла и в Бангладеш. Физически дождавшись этого часа, поэт-мятежник не смог осознать, что же произошло в истории его любимой Бенгалии. Но ведь это именно он так много сделал для свободы и независимости своего Отечества. И здесь, в такой своей биографии он равный русским писателям Максиму Горькому, Владимиру Маяковскому, белорусским классикам Янку Купалу, Якубу Коласу. И, наверное, творчество великого бенгальского поэта со временем станет еще шире путешествовать по всему миру, жаждущему свободы и независимости, по миру, где уважают и ценят суверенитет народов и стран.

Кирилл Ладутько

 

 

 

 

 

 

 

Прочитано 87 раз
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии