Понедельник, 24 09 2018
Войти Регистрация

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me

Create an account

Fields marked with an asterisk (*) are required.
Name *
Username *
Password *
Verify password *
Email *
Verify email *
Captcha *

Микаил Мушвиг. Стихи

Микаил Мушвиг (1908-1938)

Азербайджанский поэт, автор многих превосходных лирических стихов, поэм и сказок. Он начал писать с 1926 и за короткое время стал одним из признанных азербайджанских поэтов. Созидательная деятельность освобожденного народа давала поэту богатый материал для его произведений. Мушвиг выступил как революционный романтик, крепко связанный с современностью и умеющий видеть прекрасное будущее своего народа. Поэт обладает большим социальным оптимизмом. Он любил жизнь и людей, восхищается гулом трудовых кипучих будней. О чем бы поэт ни писал, какой бы темы ни касался, он стремился прежде всего воспеть новое, осмыслить и показать сущность и закономерности его развития.

Окончив Азербайджанский государственный университет, он начал учительствовать в Бакинских школах. Рано увлекся поэзией с 1926 г. первая книга «Кюлякляр» («Ветры») вышла в 1930 г. Трудно измерить, как много сделал этот молодой поэт, почти юноша, для создания национальной лирики нового типа. Он горячо откликался на события своего бурного времени, отражая в своих стихах размах социалистического строительства. Он писал о нефтяниках и колхозниках, о новом мироощущении и о личных чувствах. Это был советский поэт «до кончиков ногтей». Тема жизни народа входила в стихи Мушвига естественно, как дыхание, как любовная – в стихи Физули, как философская – в стихи Насими. Он мог писать про облака и про любовь и закончить эти стихи строками о призвании советского поэта, и такой финал ничуть не казался надуманным:

Облака, я люблю ваши светлые лица,
Я люблю ваши медленные вереницы,
Было небо бледно и мертво,
Вы одни оживили его.
Отчего без нужды и расчета
Я к вам руки простер
Отчего?

Что вам толку в бесцельном и вечном скитанье?
Что вас гонит в дорогу? Надежда? Страданье?
Облака, облака, облака
Крутогривые облака
Словно конница, надо мною
Вы несетесь издалека…

Ветер гонит вас, сталкивает, разгоняет
Серебристая ткань выцветает, линяет,
Расползается на шелковистые нити,-
Вы опять, со слезами от ветра бежите…
Пролетают над бездною величавые крылья,
Пролетают железные тусклоржавые крылья…
Что вас ждет вдалеке, облака?
Но когда вас охватит тоска,
Но когда вы собьетесь с пути в бездорожье,
Вы с с моею любимою схожи.

Юность, юность моя, соколиная стать,
Ты не хочешь задумчивой песне внимать?
Дни проходят – я песни слагаю…
Будни, верные будни, в труде, в тишине,
Когда я улыбаюсь, на облако глядя,
Говорить о любви, для заветной тетради,
Вы позволите мне?

Я не облако в небе, гонимое ветром!
Нет, мой жребий земной и мой путь не таков:
Я хотел бы, как молния, росчерком светлым
Проблистать над толпой облаков

           
В произведениях на интимно-лирические темы поэт также стремится раскрыть духовный мир нового человека. В этом отношении показательны стихи «Твои глаза», «Чтоб опять был тот сад», «Ветры», «Ночь», «Телеграфные провода», «Тар». 

О, если б снова та же дача,
О, если б тот же сад,
Что год тому назад!
Вам перебраться б снова,
А по соседству там
Устроиться б и нам!
И нарастал во мне бы
Ликующий прибой
От частых встреч с тобой,
И вечером, и утром
Писать бы и писать-
Какая благодать!
Мне кажется: твой волос
Не тоньше той мечты.
А ты? Что скажешь ты?
О, если б та же дача,
О, если бы опять
В гостях у вас бывать!
И твой такой правдивый, такой пугливый взгляд
Ловить я был бы рад.
Вели бы осторожно
Беседу мы в тиши
О таинствах души,
И, вспугнутая братом,
Иль зоркою сестрой,
Меняла б ты настрой.
Но и таясь, два сердца б,
Как прежде, бились в лад.
О, если б тот же сад!…
На горе бессердечным
Особая у нас
Весна на это раз!
Куда ни глянь, приметы
Прилежного труда
Отрадней, чем всегда.
Раздумья стали глубже,
Мечты еще светлей
Сегодня у людей,
И требованья выше,
И гордость возросла,
И сдвигам нет числа,
И путь ровней и чище…
Особая у нас
Весна на этот раз!
О, если б та же дача,
И рыхлый берег тот,
И гул каспийских вод!
Кудрявились бы волны,
Как волосы твои,
Я млел бы в забытьи,
И вдруг тебя увлек бы
Седой обманщик-вал,
И я б возревновал,
И яростнее шторма
Во мне поднялся б гнев,
И я, рассвирепев,
Вступил бы в схватку с морем
И отнял бы тебя,
И обнял бы, любя!…
И вновь раздумьям нашим
Скользить бы по волнам,
А следом бы и нам,
Как парус, расправляя
Волос волнистых прядь,
Взлетать бы и нырять!
Блистательна поэма
Каспийской синевы,
Взгляните же и вы!
Попробуем взобраться
На скалы в Бузовнах
И охватить размах!
Как маки, звезды в небе,
А на земле- огни
Ночной росе сродни,
Обрызгана округа 
Их россыпью густой…
Любуйтесь красотой!
Как славно жарким летом
Найти прохладный кров
У этих берегов!
Как славно с самой близкой,
Родной тебе душой
Послушать мир большой!
Как славно на рассвете
Вдруг ощутить наш дух
Во всем, что есть вокруг!
Увидеть отраженье
Возлюбленной. И где?
В предутренней воде!
Как славно к этой синей
Поэзии прильнуть
И, впитывая суть,
Взлетать волнам подобно
И падать им под стать ,
Иль подаваться вспять!
Орлицами морскими
Взмывают волны ввысь,
Они- как наша жизнь!
О, если б та же дача,
О, если б тот же сад
И серебристый пшат!
Какое это счастье-
Все лето быть вдвоем
На берегу морском!
Как полные бокалы,
Вскипали б наши дни,
Бодрили б нас они!
Протягивая гребень
Сквозь влажную листву,
(во сне иль наяву?)
Причесывала б ночью
Тебя сама луна…
Ты краше, иль она?
Вдвоем, ладонь в ладони,
Вдвоем, глаза в глаза…
Какая бирюза!
Словам моим прийтись бы,
Как серьгам золотым,
Под стать ушам твоим!
Друзьям моим отныне
Согласья больше знать
И счастья больше знать,
Все дальше и все выше
Их вымпелам нестись-
Так призывает жизнь!
Заоблачные кручи
Первопроходцев ждут,
Прекрасен их маршрут!
Кто из сегодня в завтра
Стремится, только тот,
Действительно живет.
Пусть человек, что в прошлом
Бежал во цвете лет
От суеты сует,
В отечестве свободном
Постигнет путь иной,
Обнимет шар земной!
О, если б та же дача,
О, если б тот же сад, 
Что год тому назад!
Вам перебраться снова,
А по соседству там
Устроиться б и нам!
И нарастал во мне бы
Ликующий прибой
От частых встреч с тобой.
И вечером и утром
Писать бы и писать-
Какая благодать!
Мне кажется: твой волос
Не тоньше той мечты?
А ты? Что скажешь ты?

И в любовной лирике поэта господствует дух оптимизма. Чувства поэта неразрывно связаны с его временем, с главным содержанием эпохи. По мнению Мушфига, любовь вне труда, любовь, изолированная от общей борьбы, не приносит радости. В творческом наследии Мушфига большое место занимают поэмы («Среди буровых», «Гая», «Мой друг», «Дядя Джаби», «Пастух»). Значительный, хорошо построенный сюжет, драматизм событий, полнота характеров, естественность диалогов — вот что составляет главное достоинство эпических произведений поэта. В лучших из них мы видим широкие картины жизни, убедительное раскрытие внутреннего мира людей.

Высокая поэтичность и благородная простота присущи также переводам Мушфига. Он переводил на родной язык образцы мировой поэзии, учась сам и оставляя новым поколениям все те богатства и мудрость, которые содержали в себе произведения таких классиков, как Лермонтов и Шевченко. 

Микаил Мушвиг - молодой и талантливый поэт,  через все поэтическое творчество которого красной нитью проходила тема одобрения социализма, дружбы народов мира, любви к женщине, и, конечно же, свобода и независимость его народа, что для него было превыше всего. Вот как он пишет об этом:
"...Но без свободы есть ли им цена?
Жизнь без нее как ночь без звезд, черна.
Культура без свободы - пустоцвет,
Искусство без нее сойдет на нет".

Микаил Мушвиг стал жертвой массовых Сталинских репрессий, осуществлявшихся в 1930-е годы в СССР. Мушвиг был арестован рано утром у себя дома, 4 июня 1937 года. Основанием послужила справка, в которой он был назван членом контрреволюционной националистической организации. 

Высокий я избрал себе маршрут -
Подъём, с борьбою сопряжённый, крут.
Мне хорошо среди людей хороших,
Что ценят человека, ценят труд!
Я молод, знаю-счастье предо мной,
Как месяц, что не стал ещё луной,
Я только распускаю парус белый-
Не вей же, чёрный ветер, над волной!

****

Есть любовь на губах твоих раскроет лепестки
Есть любовь она подобна снегу и чужбине
Есть любовь распоет в душе твоей соловьи
Такая любовь близка моей душе 

Есть любовь издалека нам кажется блестящей
Не приближаться к ней - она полна темноты
Есть любовь, которая падет на землю и вечно будет ползти
Подобная любовь полна тысячей разных предательств

Есть любовь от весны нам цветы принесет
Не нюхай, она полна яду, сердце кровоточит
Есть любовь приятна с лица, внутри страшней всего

Есть любовь, которая приносит нам сладкие поступки,
Только в каждом из них есть присутствие тени мрачных ночей
В любви есть тени разных загадок
(построчный перевод)

 

Тар
Звени, тар, 
Звени, тар, 

Напой мне простую и добрую песню. 
Столетья ты людям поешь, а не стар, 
И нет твоей песни нежней и чудесней. 

Звени, тар, 
Звени, тар, 
Звени, тонкострунный, 
Звени, вечно юный ... 
Творенье народа - твой вещий напев, 
В нем горе народное, радость и гнев. 

Я помню, домишки за ветхим забором, 
Угрюмые окна скосив на восток, 
Внимали рыдающим песням, которым 
Людей не учили господь и пророк. 

Я помню, как в комнатах тесных и чадных 
Твой голос зовущий до ночи не тих, 
Как плакали, слушая, женщины в чадрах, 
Вздыхали мужчины в папахах седых. 

Как бился чаргях, вылетал на дорогу,¬ 
И круто придерживал путник коня, 
И горное эхо трубило тревогу, 
И волны ее разносили, стеня. 

О тар, воскреси мне газели Сеида 
И жемчуг Бахара на нить нанижи 
Я снова навстречу .возлюбленной выйду 
В ширванокую ночь, в переулки Гянджи. 

Кто сердцем остыл, кто судьбою не сладил, 
Забыл, как даяния жизни щедры, 
Ушел от природы и долго не гладил 
Шершавые теплые плечи горы; 
Кто горя хлебнул, кто изведал измену, 
Кто счастья не знает с любимой своей, 
Кто просит о помощи, - тот непременно, 
Найдет утешенье у этих дверей. 

Нет, песня твоя не похожа на птичью, 
Особенный голос и нрав тебе дан: 
Он полон печали и полон величья, 
Покой отняла у тебя Зерафшан, 
Покой отняла, наделила тоской, 
Расстроила струны небрежной рукой .. 

Султаны немели, 
Заслышав тебя; 
Невольники пели 
С тобою, скорбя; 

Их жалобам вторя, 
Медлительный звук 
Вылечивал горе, 
Как преданный друг; 

И выткавший в муке 
Ковры для других, 
И те, что от скуки 
Дремали на них; 

Пресышенный словом 
Поэт-верхогляд, 
В атласе багровом 
От шеи до пят, 

На пире вечернем 
Бубнящий одно: 
«Налей, виночерпий, 
Я славлю вино»; 

И тот, кто твореньем, 
Как жаждой, палим, 
Объятый гореньем 
Вагиф иль Надим,- 

Все знали 
Твою несравненную власть, 
С тобою стонали 
И плакали всласть. 
Но ты не служил ни молле, ни святоше, ~ 

Мечеть не слыхала тебя никогда. 
Она ненавидела песню... За что же? 
За то ли, что песнь неподкупно-горда?   
Ханжи заглушали завистливым воем . 

Твой праведный голос, будивший сердца, 
На камни швыряли тебя головою, 
Жестокие пальцы душили певца. 

И все ж уничтожить тебя не сумели,¬ 
Ни струны сорвать, ни сломать на куски. 
Но был ты рожден, чтобы славить веселье, 
А пел, задыхаясь от смертной тоски. 

Какая печаль нас давила, бывало, 
Какая на сердце кромешная мгла- 
В мечети, . 
Когда «Марсия» завывала .. 
И шествовал на середину мулла. 

Мы плакали вместе с тобою, о тар, 
Грустили над нашей судьбою, отар! .. 

Звени, меднострунный! Прошли времена, 
Когда лишь о горе вещала струна, 

Твой голос по радио -- радости полон: 
Впервые народ не угрюм и не болен. 

О радости спой мне сегодня, тарист: 
Вот сердце, что ветра свободней, тарист! 

Навеки ушли и тоска, и усталость. 
Молчит «Марсия», и моллы не осталось: 

Звени мой желанный, 
Звени: неустанный, 
При звуках ликующей песни твоей 
У девушек лица -- зари розовей. 

О как твои струны легки и послушны! 
Кто слушать сумеет тебя равнодушно? 

Я трону струну золотую твою 
И все, что задумаю, людям спою. 

Сегодняшний день я хотел бы прославить, 
Немеркнущий след его в песне оставить. 

О тар, ты оружье в искусной руке, 
Ты с нами поешь на одном языке. 

Пусть прошлое метко разит эта песня, 
Пусть прошлое в наших сердцах не воскреснет. 

Звени, неустанный! Пусть слышит народ! 
Бакинский нефтяник с тобою поет. 

С тобою поет 
Тракторист молодой, 
С тобою народ,-- 
Не смолкай же и пой! 

О шелке нухннском, 
О хлопке Гянджи, 
О милом и близком 
Скорей расскажи ... 

Звени, тар, 
Звени, тар, 
Напой нам простую и добрую песню ... 
Столетья ты Людям поешь, а не стар, 
И нет твоей песни нежней и! чудесней. 

Звени, тар, 
Звени, тар, 
Звени, тонкострунный, 
Звени, вечно юный, 
Творенье народа - твой вещий напев, 
В нем горе народное, радость и гнев. 

***

Давай по совести, река,
Речь поведем издалека,
Припомни всё сначала ты!
Горело некогда селенье,
А ты была не в отдаленье,
Вблизи его журчала ты.
Так почему же в час беды
Струе огня струей воды,
Вскипев, не отвечала ты?
Бежала, чтобы не вернуться,
Боялась даже обернуться!
От страха одичала ты.
Отчизна-мать, поведай мне,
Поведай мне, по чьей вине,
Горя в огне, кричала ты?
Чей это путь? Дашнакский путь...
В ущелье каждом-кровь и жуть,
Кровь из людей текла и скал.
Крича "от моря и до моря",
Дашнак принес немало горя,
Дурную славу он снискал....
Здесь ни садовнику, ни саду
Когда-то не было пощады,
Гуляла смерть, свинец плясал.
Кто плакал средь кромешной тьмы,
А кто беде рукоплескал.

Прочитано 3074 раз
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии