Среда, 19 09 2018
Войти Регистрация

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me

Create an account

Fields marked with an asterisk (*) are required.
Name *
Username *
Password *
Verify password *
Email *
Verify email *
Captcha *

Салих Гуртуев. Сон кизилового дерева. Стихи и поэмы

Аба, мама моя,

Пред тобой преклоняются горы,

Восхищаются светом души твоей

Звезд лучезарные взоры.

Для меня ты:

И горы,

И выси над ними,

И с высей — потоки…

Обо всем этом — в книге моей.

О тебе — мои думы и строки!

 

 Салих Гуртуев. Стихи и поэмы

 

 НА ВИДУ У ГОР

 

Селение Ак-Су (Белая Речка) находится километрах в десяти к югу от города Нальчика, на виду у вечно белеющих вершин Главного Кавказского хребта. Его со всех сторон окружают чинаровые и ореховые леса, оно – одно из живописных мест очень живописной Балкарии, к которой в этом смысле жизнь была милостива и щедра, создав на ее маленькой земле много шедевров природы.

Тут стоит вспомнить хотя бы Эльбрус с его великим окружением высоких гор, Чегемское ущелье, Черекскую теснину, Голубые озера. Летом на склонах рядом с Ак-Су так замечательно багровеет созревший кизил и чинары в зной бросают тени на дорогу.

В этой и впрямь замечательной местности родился не один из балкарских поэтов. Их колыбели качали матери в маленьких двориках в тени горы и в тени ореха. Здесь родился и Салих Гуртуев. Его мать, Абат, близкая подруга моей сестры Мариам, родом из Чегемского ущелья, моя землячка. Ее я знал с детства, помню и ее родителей – трудолюбивых крестьян. Молва о них в ауле всегда оставалась доброй. Род отца поэта, Султанбека, спустился в Ак-Су с Холамских гор. Султанбек сражался против гитлеровцев и погиб на фронте. Говорят, он был хорошим воином.

Салих совсем маленьким остался без отца. Его с братом вырастила, воспитала и учила мать, пройдя исключительно тяжелый вдовий путь, живя далеко от родных мест, проявив завидную энергию, стойкость, незаурядные душевные силы, поддерживаемая бессмертной материнской любовью к детям. Поэтому легко понять, почему мать в жизни и поэзии Гуртуева занимает такое большое место. Традиционная тема матери в поэзии народов Кавказа, да и не только Кавказа, остается неисчерпаемой, вечно новой, как и сама материнская любовь к детям, как и материнское молоко.

Балкарская поэзия занимает свое место в семье братских литератур народов Советского Союза, она пользуется в стране уважительным к ней отношением, она признана далеко за пределами родной республики. Ей Советская Родина присудила три Государственные премии. А это большое завоевание для литературы такого малочисленного народа, каким является балкарский. Нынешние достижения нашей поэзии – это результат труда не одного поколения поэтов, продолжавших и продолжающих дело своего гениального учителя – Кязима.

Поэты, которым сейчас от тридцати до пятидесяти лет, умножая открытия старших мастеров, много сделали для сегодняшнего расцвета балкарской поэзии. Это касается в одинаковой мере содержательности произведений, их идейной глубины и совершенства формы. К этому поколению относится и Салих Гуртуев. О мере талантливости Салиха, разумеется, убедительнее всех наших слов скажет сама его книга, являющаяся самым правдивым свидетельством. Так обстоит дело с книгами любого автора. Гуртуев уже внес свою долю в родную поэзию, но мы верим и в то, что его лучшее слово и самые зрелые песни еще впереди. Характером, так же необходимым поэту, как и талант, Салих не обделен. Есть и знания, которые он, надеемся, будет умножать. Дело поэта требует от него постоянно быть в движении, в поисках. Гуртуев, судя по его книгам, понимает это. Непокой – неизменное состояние тех, кто хочет быть верным назначению поэзии.

Мне кажется, что Салиху присуще и это. Он в таком возрасте, когда необходимо умение в полную меру и мудро пользоваться всеми своими творческими возможностями.

Поэзия любит беспредельную преданность ей. Шутки с ней плохи. Она существует не для шуток и забавления бездельников, она – народное достояние. И честнейшим, искреннейшим образом выражает душу человека. Служить ей – великая радость и большое бремя. Надо иметь огромную смелость тому, кто решил посвятить себя поэзии.

Пути не устланы розами, их чаще предавали анафеме, чем венчали лаврами. Об этом я решил сказать и в этой заметке, считая, что мы почаще должны напоминать друг другу о трудности нашей работы и ее святости, чтобы не низводить дело поэта до жалкого зубоскальства и стремления к дешевой популярности.

На балкарском языке в переводе Гуртуева издана великая поэма Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре». Это большой труд. Перевод Салиха я считаю вкладом в нашу поэзию, событием в ее развитии. Такая работа потребовала от поэта не только незаурядного дарования, но также большого трудолюбия, усидчивости, дисциплины, знаний. Кроме прочего, поэма переведена размером подлинника – шаири. Это удавалось далеко не всем переводчикам в республиках. Поэт взял на себя большую ответственность, решив переводить Руставели, но, по-моему, трудная задача решена им успешно. А это, я думаю, большая радость и честь для него.

Встреча с поэтической книгой – то же, что и встреча с новизной весны, с ее теплом, с голосами птиц, говором ручьев, с зеленью деревьев, с небывалой голубизной неба над белизной горных вершин. Я желаю книге Салиха Гуртуева той участи, которая суждена только произведениям большой поэзии.

 

Кайсын Кулиев

1982 г.

 

 

МОЙ ВОПРОС К ПОЭЗИИ

– Не унижаю ль я святое дело,
Когда пишу о лжи и черной злобе,
Ведь ты – дитя любви, добра и света,
Должна служить опорой человеку?
– Когда бы злонамеренье и зависть
В людских сердцах себе не вили гнезда,
Когда бы под луной торжествовала,
Верша благодеянья, справедливость, –
Тогда б не тернии, но только розы
Сопутствовали сладким песнопевцам
И самою завидною считалась
Тогда б судьба слагающего строки.
Но только правда без прикрас и грима
Должна быть путеводною звездою
Для каждого, кто на моих скрижалях
Надеется и свой оставить росчерк.
Нет правды – грош цена любым изыскам.
Нет правды – нет гармонии в помине.
Боишься правды – чистый лист бумаги
Не оскверняй напрасными словами.


* * *

Любовь, ты радость с горечью смешала
В нелегкой человеческой судьбе.
Ты держишь, как на кончике кинжала,
Безумцев, прикоснувшихся к тебе.

Ты нежностью неволишь человека
Пахать поля кремнистые твои.
Скажи, ты из огня или из снега?
Всю жизнь ищу ответ – не утаи!


* * *

«Люблю!» – привычней слова не найти.
Но лишь с годами ощущаешь остро,
Что так его легко произнести
И так его оправдывать не просто.


Любовь несет нас в солнечную высь,
И горько ей бывает, ясноликой,
Когда она, великая, как жизнь,
В глазах у нас становится пылинкой.

 


* * *

Зимний ветер расчесывал гриву
Удалого, как буря, коня.
В этот вечер, не внемля призыву,
Отвернулась любовь от меня.

И ручья серебристая жила
Превратилась на камешках в лед.
Птица в воздухе крылья сложила
И застыла... Прервался полет.

 


* * *

Мир громыхает, ухает, гудит,
И не слепит глаза огня кипенье.
А сердце вновь на голос твой летит,
Как будто лишь в тебе его спасенье.

Уходит лето горною тропой,
Вот-вот за перевал уйдет бесследно.
А сердце все в слезах перед тобой,
Как будто ты вернешь обратно лето.

 


* * *

Лавины сходят, движутся обвалы,
Грома грохочут, молнии горят.
Но, посмотри, стоят седые скалы
Такими же, как сто веков назад.

Здесь люди песни издавна певали,
Встречали песней пламенный восход,
Растили хлеб, влюблялись, воевали
И сплачивались с песнями в народ.

 


* * *

Леса на склонах вспыхнули огнем,
Осенняя трава у дома гнется.
А мама нынче думает о чем,
Когда одна под крышей остается?

Светлеет ли над нею небосвод?
Уходит хоть ненадолго усталость?
И грустно мне, и так меня гнетет,
Что мама в доме вновь одна осталась.

 


* * *

Кому – ущелье, а кому – долина,
Кому – весна, кому – июльский жар.
Мать, потеряв единственного сына,
Вся сгорбилась. Но вынесла удар.

И, как вершина горная, седая,
О сыне лишь вздыхала тяжело.
Но вот дошла о нем молва худая,
И сердце ей как молнией сожгло.

 
* * *

Над Белой Речкой черная ольха.
Подгнили корни – умерла до срока.
Как самого постыдного греха
Страшусь я материнского упрека.

Поник тяжелый колос головой,
А у пустого – выше всех головка.
Я слышу голос матери родной...
Пусть никогда не будет в нем упрека!

 


* * *

Спокойствия сегодня в мире нет,
Клубится над дорогой пыль обочин.
Я оглянулся – дни мои и ночи
Похожи на изношенный бешмет.

Я прошлое свое не отмету,
Среди камней еще найду алмазы.
Вон впереди, смотрите, скалолазы
Над бездною штурмуют высоту.

 

Полный текст поэтического сборника Салиха Гуртуева опубликован на сайте pisateli-kavkaza.ru и доступен по этому адресу в формате PDF/

Прочитано 523 раз Последнее изменение Вторник, 27 Июнь 2017 11:14
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии