Воскресенье, 23 09 2018
Войти Регистрация

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me

Create an account

Fields marked with an asterisk (*) are required.
Name *
Username *
Password *
Verify password *
Email *
Verify email *
Captcha *

Виктор Панько. На пути к следующей станции

Мы, те, кто постарше, жители сельской местности, хорошо помним времена нашей молодости,  порядки, существовавшие тогда, тонкости взаимоотношений селян со своими родственниками и земляками. 
У этих взаимоотношений были надёжные, прочные связи. Каждый житель села всегда мог рассчитывать на понимание и помощь в трудную минуту.
Примером в этом отношении могло служить в наших краях событие, обозначаемое словом «клака». 
«Клака» – это совместный труд родственников, друзей, знакомых и всех желающих участвовать в нём на пользу односельчанина. Это могло быть строительство жилого дома или сарая, других надворных построек. 
Люди собирались для выполнения трудоёмких процессов, которые были не под силу одному человеку или семье. Добыча и доставка в нужное место достаточного объёма глины для производства «лампачей» – изготовляемых из глины, перемешанной с соломой блоков, из которых впоследствии строились стены дома. 
После сушки лампачей и возведения из них опытными мастерами стен будущего строения, наступала очередь для проведения другой клаки – закидки лампачных стен и чердаков тяжёлой мокрой глиной с соломой. Здесь тоже была нужна большая физическая сила для отрывания вилами «порций» глины из общего замеса, переноски её к месту использования, поднятию на чердак. 
Это было под силу только коллективному труду. Поэтому, когда на новом месте, после долгих трудов возвышался новенький, свежепобеленный известью после нескольких клак дом, трудно было себе представить, что его хозяин мог забыть тех своих родственников и друзей, кто участвовал в строительстве, помогал создать ему приличные условия жизни и добиться осуществления его мечты.
Возникали чувства признательности и благодарности по отношению к землякам. 
И такие чувства вызывались не только участием в подобных мероприятиях, но и в постоянной уверенности в том, что люди всегда придут тебе на помощь в трудную минуту.
Поэтому в сёлах и воспитывалось на протяжении столетий уважение к родственникам и односельчанам. 
Это уважение отчётливо выражалось при встречах людей на улице.
Я помню, в тяжёлые дни голодовки и после неё, ко мне не раз подходили незнакомые взрослые люди и спрашивали:
–Ты чей?
– Мити Паньки.
– Шо ты ив сегодня?
– Капусняк.
Нередко в кармане у незнакомца оказывался кусочек чёрствого хлеба, которым он одаривал малышей, потому что капусняк – это была единственная еда на протяжении многих недель, представлявшая собой варёную на воде смесь кислой капусты с кукурузной крупой.
Во времена нашего детства люди были открыты в общении друг с другом и во взаимоотношениях взрослых с детьми. Разве могут забыться моменты, когда отец моего друга дядя Жоржа Мотря собирал соседских мальчишек для того, чтобы их постричь?  
Бесплатная «парикмахерская» располагалась на свежем воздухе в его огороде, и, если детей, желающих постричься, набиралось несколько,  то создавалась очередь, но никогда дядя Жоржа не заканчивал стрижку, пока не пострижет всех.
Можно бы привести немало других примеров доброжелательного отношения людей друг к другу, которые становились причинами возникавшего и поддерживавшего на протяжении многих лет и даже всей жизни взаимного  уважения односельчан и, в частности, – младших по возрасту по отношению к старшим.
Во многом это выражалось в укоренившейся традиции здороваться друг с другом при встрече, независимо от того, знаком тебе идущий навстречу человек или ты его никогда не видел и не знаешь.
Не могу забыть сентябрьский день 1961 года, когда я только что поступил на физико–математический факультет Бельцкого пединститута, и ко мне в Бельцы приехала мама.
Мы шли с нею по городской улице, навстречу нам шло множество горожан, а мама беспрерывно здоровалась со всеми: «Добрый день», «Добрый день», «Добрый день»…
– Мама,– сказал я ей, – почему ты здороваешься, это все – незнакомые люди, их много, это ведь город….
– Ничего тут плохого или трудного нет, – ответила. – Я желаю всем добра и здоровья….
У моей мамы, Евдокии Михайловны, не было большого образования, всего два класса Данульской школы, но она была приучена с детства уважать окружающих и выражать это уважение пожеланиями добра и здоровья каждому встречному.
Помню воскресные дни моего раннего детства. Наш дом находился недалеко от школы и сельской Свято-Троицкой церкви. Дорога, ведущая мимо школы к церкви, находилась в ста с лишним метрах от нашего дома. По воскресеньям моя бабушка Оля, мама и я выходили во двор и садились на скамейку рядом с калиткой. Иногда к нам присоединялись пришедшие в гости родственники или соседи. Беседовали, щелкали семечки.
В церкви был мужской хор, которым руководил бывший учитель Илья Андреевич Рябошапка, пользовавшийся в селе большим уважением и авторитетом. 
Многие хористы были людьми пожилого и старческого возраста, участниками Первой мировой войны. Они по воскресеньям были одеты в нарядные чёрные костюмы. После богослужения, выйдя из храма, некоторые хористы направлялись по дороге мимо нашего дома. Хотя дом находился далековато, и слова приветствия не могли быть услышаны на таком расстоянии, эти мужчины здоровались с нами. Они приподнимали над головами свои шляпы – капелюхи, кланялись, и только потом продолжали движение к своим домам.
С одним из них, дедом Никитой Серкизюком, я потом, через много лет, познакомился поближе, и он подробнейшим образом рассказал мне о начале, первых днях и неделях  Первой мировой войны, о том, что он навсегда запомнил и что тогда пережил.
И вот прошли годы и десятилетия. Многое в нашей жизни поменялось. Невиданного уровня достиг технический прогресс. Возникли современные средства связи, интернет, социальные сети. Появилось множество небывалых ранее возможностей. 
Но мы сегодня замечаем, что в нашем селе всё реже и реже мы можем слышать слова: «Здравствуй», «Здравствуйте», «Добрый день».
«Рыночная экономика», усиление индивидуализма, переход к ценностям, главная из которых – деньги, сокращение воспитательных функций учебных заведений, – всё это наталкивает на мысль о том, что вежливость и уважение к окружающим людям постепенно движутся по направлению к той станции, которой можно присвоить имя «Кирдык».
Всё реже и реже мы можем наблюдать события, когда подростки уступают место в автобусе или маршрутке старикам или женщинам. 
Малыши и идущие с ними рядом мамаши всё реже здороваются со встречными дядями и тётями. 
Черствеют юные сердца, не слышат уши, заткнутые наушниками смартфонов и мобильных телефонов. Глаза подростков не воспринимают, а умы не вникают в выражения лиц людей, идущих навстречу. Радости, заботы и тревоги других людей всё меньше волнуют занятых собой и погружённых в себя детей и подростков. Их матери и отцы находятся за границей на заработках, а они нередко оставлены на попечение больных бабушек и дедушек или вообще посторонних односельчан.
Общение по скайпу не может заменить им материнского тепла, а улыбки на экранах выглядят бледно и неестественно.
И подумаем вместе: как называется наша следующая станция на пути в будущее?

 

 

Прочитано 723 раз
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии